Хрустальная ловушка

Конечно же, она знает, что такое горы: ее воспоминания о Тбилиси венчались Мтацминдой, ей нравилось это тбилисское название: Мтацминда, Мтацминда, оно было похоже на считалочку… Но все равно это было неправдой. Как и все, что касалось Мананы, включая ее душевную болезнь.

– Хотите, я покажу вам горы?

«Почему он так странно смотрит на меня?» – подумала Ольга. Антрацитовые глаза Ионы прожигали ее насквозь, впрочем, антрацит и должен гореть… Ровным, чистым пламенем.

– Конечно.

– Я не имею в виду Марка, – об Инессе Иона даже не заикнулся. – Я имею в виду вас. Только вас.

– Я не знаю… – Господи, зачем она сказала это? Нужно было ограничиться милым и твердым «нет», обратить все в шутку. Тогда в самом финале можно было снисходительно коснуться его плеча: на правах родственницы. Выражение «Я не знаю» больше всего похоже на поощрение ухаживаний, на начало сентиментального платонического романа с далеко идущими последствиями.

Ольга заслонилась рюмкой с коньяком. Отпила глоток и с тоской подумала: почему же не приходят к логическому финалу эти бесконечные «Мужчина и женщина»?..

Выпитый коньяк придал ей уверенности.

– Вы давно не виделись с братом? – светски спросила она.

– Семнадцать лет. С тех пор, как он уехал из Кизыл-Арвата. Бросил мать, которая уже с постели не вставала… Мы ее похоронили через полгода. Тогда ему было восемнадцать, а мне одиннадцать.

Ольга вздрогнула, а потом вспомнила: ну, конечно же, склока из-за имени Иона, Марк рассказывал.

– Марк рассказывал мне… Ему нравилось ваше имя.

– Имя! – Иона хмыкнул. – Он хотел отнять его у меня. Он всегда отнимает то, что ему нравится. И если не дать отпор… Он может подмять под себя все и всех.

Это было так чудовищно несправедливо, что Ольга даже не нашлась, что ответить. Ее Марк совсем не такой: он нежен до самопожертвования, он предан делу, она видела его в разных жизненных ситуациях, и в каждой он был выше всяких похвал.

– Вы предвзято к нему относитесь, – сухо сказала она Ионе и даже отодвинулась от него.

– Простите. Я говорю правду.

– Вы просто завидуете ему. – Она слегка захмелела, а это всегда придавало ей смелости. – Просто завидуете, вот и все.

– Завидую? – Удивление Ионы было искренним.