Хрустальная ловушка

Она стекла по палке, как по желобу… Есть возражения?

Вася сделал еще один шаг назад, споткнулся о груду лыжных палок и, не удержав равновесия, рухнул на них. Иона мягко приблизился к нему и поднес нож к Васиной груди.

– Ты что, командир? – просипел Вася сдавленным голосом.

– А вот теперь кровь пойдет в обратном направлении, сверху вниз, и никаких следов. Нужно будет только воткнуть палку в снег. Проехаться по трассе. Одного раза будет достаточно…

– Ты шутишь, что ли?

Нависшая пауза показалась Васе вечной.

И только спустя несколько секунд Иона отвел нож от его груди и рассмеялся.

– Конечно, шучу. Что, испугался, брат Василий?

Вася перевел дыхание и недоверчиво хихикнул.

– А ты бы не испугался?

– Ну так как, берешь меня в соавторы?

– Еще подумаю…

– Что, так и будешь сидеть? Давай руку.

Иона помог ему подняться и поставил палку туда, откуда она была извлечена пятнадцать минут назад.

– Показательные порки устраиваешь, командир? Избиение младенцев шпицрутенами? – Вася уже пришел в себя, и к нему вернулась его обычная, чуть истерическая веселость.

– Это я к тому, комиссар, что не нужно прыгать выше головы и играть в частного детектива. Для этого всегда найдутся профессионалы, лучше нас с тобой. Тот же Звягинцев, ему по должности положено…

– Так что ты предлагаешь?

– Оставить так, как было. Мало ли, что это за палка… Может, нас вообще на смех поднимут. Звягинцеву, конечно, шепнуть стоит…

– Когда еще он оклемается!..

– Когда-нибудь оклемается. А сейчас лучше навесить замок на это дело и благополучно обо всем забыть.

И никому об этом не трепаться. Мало ли на кого нарвешься. Это я такой добрый.

– Это потому, что не ты этим ножичком воспользовался в свое время…

– Это станет ясно на последних страницах твоего романа, – улыбнулся Иона. – Уже начал писать, признавайся?

– А как же, командир, – еще шире улыбнулся Вася. – Утром в газете – вечером в куплете.

* * *

Бар назывался «Ричард Бах».

Для первого выхода в свет можно было ограничиться и рестораном с разрекламированным Ионой струнным квартетом, но Инка остановилась на демократичном варианте.

Кроме того, в «Ричарде Бахе» был боулинг, единственный вид спорта, который признавал ее муж, Игорь Анатольевич Шмаринов. В большой теннис Игорь Анатольевич не играл из принципа, так что, если этого требовали интересы дела, на корт вместе с его потенциальными компаньонами и нужными людьми выходил Марк.

«Ричард Бах» был забит людьми под завязку.