Огонь и сталь

Черный Туман отлетел от них, взревел, будто раненный зверь, что аж заложило в ушах, замахал лапами, потирая морду, закружил в воздухе. Еще раз злобно взглянув на Эйдена и Норда бездонными глазами, существо скрылось за холмами вдалеке.

Только тогда Эйден отпустил ладонь Норда и рухнул плашмя на обожженную землю. Меч выскользнул из руки парня и со звоном упал рядом. Норд облокотился спиной о стену и медленно съехал вниз, напряженные ноги тряслись. Сердцебиение никак не могло утихомириться, заглушало вокруг все звуки. Казалось, сердце сейчас выпрыгнет из им же разорванной груди.

Глава 12

– Это тебе. От Кэрол, – Норд протянул небольшой сверток Освальду, когда нашел мужчину в одной из комнат особняка, зашивающего себе рану на груди. За то время пока Эйден приходил в себя в своих покоях, Норд успел встретиться с Маркусом на нейтральной территории, рассказать о Черном Тумане, предупредить армию и вернуться. – Она была обеспокоена случившимся. Вероятно, там какие-нибудь мази и лекарства для твоих ран.

Норд заметил на теле советника тонкие полосы – такие следы оставляет сталь. Он безошибочно определил их, так как на его теле были такие же от меча отца. Режет и колет оружие наверняка, глубоко прорезая мясо. Эйден может в одно мгновение излечить армию, и она снова будет сильна и невредима. Почему он не помогает своим воинам с этим? Неужели люди Огня не знают о том, что их король тот самый феникс, которому они поклоняются? Неужели Эйден не доверяет подданным? Боится, что его постигнет та же участь с вырванным сердцем?

Освальд недоверчиво взглянул на него, пока тот рассматривал его шрамы, нервно дернул усами, но все же принял сверток.

– Передай ей спасибо.

– Слушай, передай ей сам. Я не почтовый голубь. Я разрешаю тебе посетить Блейд, – бросил Норд и оставил его одного.

Парень прошелся по особняку и остановился перед дверями в покои короля, костяшками пальцев тихо постучал:

– Эйден?

Когда ответа не последовало, он медленно приоткрыл дверь. Его взору стали доступны часть большой кровати и половина комнаты.

И тишина. Тогда он решился войти, пытаясь не шуметь. Эйден спал, ничего не слыша и совершенно никак не реагируя на вошедшего гостя. Рядом с кроватью валялась очередная изорванная мантия. Его грудь тяжело поднималась и опускалась, из ран и царапин сочился свет, если внимательнее присмотреться, можно увидеть, как они затягиваются. Рисунок крыльев феникса на руках тоже издавал легкое свечение, отбрасывая на потолок световые разводы.