Огонь и сталь

Слова ему пока давались тяжело, по шее стекали капельки пота. Норд дернулся, чтобы взять бинты для перевязки раны, но Эйден остановил его.

– Не надо.

Его пальцы окружили огненные всполохи, и затем появился белый свет. Он прикоснулся к своей разбитой губе, и она буквально на глазах приобрела прежний вид. С плечом было больнее, это Норд понял по исказившемуся лицу Эйдена, но и эти ссадины затянулись, остались только розовые пятна.

Дальше его светящаяся рука потянулась к Норду. Парень хотел отпрянуть, но вмиг передумал и дал ему дотронуться до своей рассеченной брови.

– Не благодари.

– В тот раз на поле боя ты почувствовал, как я к тебе подошел. Почему не чувствуешь Черного Тумана? Ты уже в который раз пропускаешь от него атаки.

– Я чувствую твою энергию, она сильная. Слышу стук твоего сердца. А у него ничего нет, ни тела, ни души. Как можно почувствовать пустоту? Черный Туман не живой, он просто сгусток негативной энергии, поэтому я не излечил себя, когда прятался от него в горах – это притянуло бы его прямиком ко мне.

– Он словно охотится за тобой, ты интересуешь его больше всего… Почему постоянно пытается добраться до тебя?

– Откуда мне знать. Спросим у него в следующий раз.

Норд громко вздохнул, разочарованный ответом, но и сам ничего не мог предположить, хотя на языке крутилась одна мысль:

«Может, потому что он феникс?»

По крыше вдруг заколотило громко и резко, что напугало Эйдена.

– Что это?!

Норд широко улыбнулся ему, еле подавляя приступы смеха.

– Тебе смешно?!

– Это дождь.

Парень встал и подошел к балкону, открыл дверцы, и в комнату влетели влажный воздух и шум дождя. Норд подставил лицо падающей с неба воде. Она охлаждала и уносила всякие угнетающие мысли. Еще ему нравилось, как капли колотят кожу, было в этом что-то успокаивающее и приятное.

Норд обернулся на Эйдена, тот скрестил руки и просто стоял, поняв, что никакой опасности нет.

– Иди сюда. Ты же никогда не стоял под дождем.

– Я похож на сумасшедшего?

– Давайте, господин феникс, неужели вы боитесь?

Эйден осторожно все-таки подошел к балкону. Дождь шел стеной, и это ему, естественно, не нравилось, но он также терпеть не мог, когда его берут на слабо, поэтому шагнул из укрытия к Норду.