Предначертанные

Она предлагала нам сходить с ней и Льюисом через неделю на окраину. Что скажешь?

– Ты знаешь, что я только «за», Кьяра.

– Именно так ей и сказала.

– Как Мэдок? Не видел его сегодня.

Я попыталась сохранить нейтральное выражение лица.

– Нормально. Кажется, он в предвкушении из-за нашей первой операции.

Рэм не просто так задал этот вопрос. По иронии судьбы они являются двоюродными братьями и весьма хорошо общаются.

– Я попрошу его, чтобы он приглядел за тобой.

– Рэм.

– Кьяра, это первое задание.

– Вот именно, Рэм, Мэдок тоже будет там впервые, поэтому мы все на равных. Прошу тебя, ничего ему не говори, – парень с неохотой кивнул. – Точно? Договорились?

– Ладно.

Не хватало ещё, чтобы со мной нянчились.

– Только я буду наблюдать через нательную камеру.

– Ты и так будешь это делать, как и другие, Рэм.

– Да, ты права. Как считаешь, я буду в старости занудой?

Из-за этого его вопроса я рассмеялась, привлекая внимание к нашему столику.

– Определенно!

– Зато будет нескучно.

Когда принесли еду, то мы приступили к приему пищи, попутно разговаривая на самые нелепые темы. Дошло даже до того, что Рэм заговорил со мной о шимпанзе. Не представляю, как мы до этого дошли. У нас даже возник спор, касаемо обучения шимпанзе в нынешних реалиях.

– Всё, Рэм, – у меня живот уже устал смеяться, хватит. Признаю, ты прав. Шимпанзе вполне обучаемы, и ты смог бы воспитать их.

– Ты специально со мной согласилась, чтобы дальше не спорить, Кьяра.

– Возможно…

Я подмигнула ему, а Рэм оплатил счет, когда мы закончили.

Когда парень подвез меня до дома, то поцеловал в губы своим обычным коротким прикосновением.

– Иди отдыхай, Кьяра. Увидимся завтра.

– До завтра, Рэм.

И вот опять. Тишина. Сердце не замерло в груди от поцелуя, не ускорило ритм, бабочки не запорхали в животе. Ничего.

Я воспринимаю Рэма только в качестве лучшего друга, но не более, и ничего не могу с этим поделать.

***

Мне снится сон.

Это даже не сон, а воспоминание, потому что я прекрасно помню тот день.

Мне было тринадцать.

Звучит сирена, и из-за этого хочется закрыть чем-нибудь уши. Она слишком громкая.

Я переглядываюсь с Анной, ведь мы обе понимаем, что это значит. Кто-то пытается сбежать.

– Нужно уходить, – говорит маленькая Анна, – в случае сирены нам говорили спуститься на первый этаж.

Я киваю, ведь она совершенно права.