Отец моего ученика

Но почему передумала? Муж надавил? Тогда тем более нет.

– Простите, но я уже заняла ваше место, – вру не очень оригинально.

– Мы можем и в другое время, – женщина мнется, – понимаете, Егор хочет заниматься только с вами.

Это бьет по больному, я не хочу становиться причиной раздора в семье, но мальчик действительно очень активно со мной занимался, и я не хочу, чтобы он вернулся к исходным знаниям.

– Хорошо, – отвечаю я, чуть подумав, – я попробую все подвинуть, чтобы мы занимались с Егором в то же время.

– Ждем вас тогда в пятницу, – быстро говорит мне и кладет трубку.

А я устало вздыхаю и даю себе клятву не вестись на ее мужика.

Следующие две недели занятий проходят хорошо. Александр расплачивается со мной, благодарит, желает хорошего дня и уходит. Никаких подкатов и сногсшибательных улыбок. И меня это устраивает, хоть я каждый раз и жду в противовес логике какое-нибудь внимание.

Сегодня мы закончили с Егором, но расплатился сам мальчик.

– Папа велел вам передать, он задерживается сегодня.

Я убираю деньги и не выдерживаю:

– А мама? Тоже работает?

Егор смеется искренне и по-детски.

– Нет, вы что, мама не работает. Но она занята, у нее свои дела какие-то.

Я киваю, пребывая в шоке. Хотя кто знает, может у нее в спортзале занятия именно в те дни, когда я занимаюсь с мальчиком.

Сегодня ударили морозы, и я прыгаю, стоя на остановке. Правда, согреться это не очень помогает, но все лучше, чем просто превращаться в ледяную статую.

Неожиданно слышу сигнал машины, и, повернув голову, вижу машину Александра.

– Садитесь, Алина, – открывает пассажирскую дверь мужчина. Я бы и рада отказаться, но замерзла жутко. А автобус сегодня запаздывает.

– Здравствуйте, – говорю я, впуская морозную свежесть в салон авто.

– Ты совсем замерзла, – переходит на «ты» мужчина, а я его, конечно, не поправляю.

– Сегодня морозно, – говорю, улыбнувшись, – но скоро должен автобус подойти. Я у вас немножко погреюсь и отпущу вас, – смеюсь, ошарашенная своей наглостью.

– Ну уж нет, – улыбается мужчина, выруливая на дорогу, – я не могу допустить, чтобы любимый учитель сына превратился в сосульку. Он мне этого не простит.

Я улыбаюсь, потом до меня доходит.

– Ой, Александр Сергеевич, не надо меня домой везти, это очень далеко, я сама!

– Алина, давай без отчества, – кривится мужчина, – я себя слишком старым чувствую.

– Здесь же не в возрасте дело, – мотаю я головой, – дело в субординации.