Объятия ночи: Звёздная вуаль

– Я… – слова сами сформировались в голове, и интуитивно я поняла, что это был единственный верный ответ – Я Хранительница. Я Всевидящая. Я буду защищать, карать и миловать. Я та, кем родилась и кого избрала сила. Я принимаю силу, что избрала меня. – как только последние слова слетели с моих губ, всё прекратилось.

Шепот утих, и вокруг снова стояла мягкая тишина ночного леса. Лунные лучи освещали поляну, усыпанную мелкими белыми цветами, а надо мной возвышался Вестник.

– Добро пожаловать за грань. – его улыбка была мягкой, и в глазах светилось удовлетворение.

– Что это было?

– Сила. Ты приняла её. Оковы, что сковывали тебя всё это время, спали. Теперь ты истинная Всевидящая.

– Что это такое, или кто?

– В своё время ты узнаешь. Сейчас же знай, что колокола прозвенели и грядёт буря. Строки пророчества начали исполняться. Тебе нужно исполнить своё предназначение и найти то, что было скрыто сотни тысяч лет тому назад. Ты та, кто освободит «Сиарр-Де-Гер».

– Что освобожу?

Но он проигнорировал мой вопрос.

– Увидь истину. – сделав шаг, разделивший нас, он протянул руку коснувшись моего лба, и я проснулась».

***

Пробуждение пришло неожиданно, и я не могла понять, что происходит: секунду назад я была в лесу, а теперь лежу на каком-то мягком ложе. Мне потребовалось не меньше минуты, чтобы понять, что всё это был сон. Сердце колотилось, словно бешеное, холодный пот струился со лба, а голова была готова взорваться от адской боли. Свернувшись калачиком, пришло желание закричать, но горло сдавило, и из него вырвался лишь хрип.

Не знаю, сколько прошло времени, но боль постепенно утихла.

– Что это было? – спросила я тёмную комнату, но она не ответила.

Я уже смирилась с тем, что мне снятся монстры. В какой-то степени эти сны даже начали забавлять, словно смотришь какой-то низкобюджетный фэнтези фильм с не очень реалистичными декорациями и гримом. Единственной проблемой было пробуждение. Обычно я либо гналась за монстрами и побеждала в сражениях, либо просыпалась ещё до начала битвы.

Все они называли меня Хранительницей, все ненавидели меня, и я питала к ним ответные чувства отвращения и ненависти. Я не могла понять эти чувства, не могла контролировать эти сны, не могла управлять своими действиями, словно это был другой человек. В конечном итоге я полностью убедила себя, что это не я, и каким-то непонятным мне образом подключилась к сознанию другого человека с очень своеобразной фантазией.