Моя иномирная фея

Благо поводов хватало. Например, два дня назад, на балу, произошел вопиющий случай. Жена виконта Монтгомери была застигнута на месте преступления своим мужем. Карл Монтгомери поймал ее с каким-то молодым человеком в кабинете хозяина дома, и на виконтессе, по слухам, не было ничего, кроме чулок. А молодой повеса лежал у нее между ног со спущенными штанами. Говорят, именно громкие стоны привлеки внимание прислуги. На следующее утро, виконт прострелил этому молодому человеку сердце, а жену отправил в монастырь, прежде разведясь с ней.

Сиэль встала и снова потянулась, а затем щелкнула пальцами. Плотное золотистое атласное покрывало, затканное шелковыми цветами сапфирового цвета, поднялось в воздух и накрыло постель, не оставив на кровати ни единой складочки. Девушка накинула халат и, завязав тонкий поясок, вышла из комнаты. Спускаясь по ступеням, Сиэль услышала какие-то подозрительные звуки из находящегося прямо возле лестницы кабинета отца. Благодаря мягким тапочкам, она передвигалась совершенно бесшумно, что позволило ей остаться незамеченной находящимися в кабинете людьми.

– И что ты предлагаешь со всем этим делать, Ванесса? – спросил отец. Его голос, низкий, глубокий, Сиэль не спутала бы ни с каким другим. – Мне пришло девять официальных писем с предложением объединить наши семьи посредством брака. И семь писем с предложением о продаже нашей младшей дочери в качестве любовницы или содержанки. Одно из этих писем написано на гербовой бумаге и запечатано королевской печатью.

– Что ты всем им ответил? – спросила мать девушки. Сиэль по-доброму улыбнулась. Наверняка мать стоит перед отцом и нервно комкает в руках платочек. Или с горестным выражением на лице заламывает руки. Ванесса Голденхард любила играть на публику. Хотя сейчас, похоже, женщина не играла, в голосе матери Сиэль услышала настоящий страх. – Матиас ты же понимаешь, дорогой. Любое из этих предложений, будь это прошение о свадьбе, или требование о продаже, означает пожизненное рабство для нашей дочери.

– Я это понимаю, Ванесса, – ответил Матиас. – Но что мне делать? Если я выберу кого-то одного, то все остальные станут заклятыми врагами нашей семьи. Например, наш сосед – маркиз Дилинкер предлагает женить своего сына на нашей дочери.

– Фу, – сморщилась Сиэль.