Как я прогуляла урок некромантии

Чувствую себя жалкой и беззащитной, когда не вижу, что происходит сзади.

Надо срочно вставать!

…Кстати, а где мы? Куда он меня перебросил?

Приглядевшись к каменистому склону, расстилавшемуся передо мной, я подумала, что, кажется, уже видела это место. Один раз нас приводили сюда на практическое занятие. Позади меня должна быть круглая полянка.

…Не успев окончательно очухаться, я почувствовала неприятный укол в области лопаток.

– Она живая вообще? – без всякого сочувствия произнес мужской голос.

– Не тыкай ее палкой. Вдруг живая! Не отмоешься потом. Ведьмы такие злобные! – посоветовал женский.

– А тыкать меня палкой, как какое-нибудь чудовище – по-вашему, верх дружелюбия? – прокряхтела я, всё-таки решив рухнуть сначала на колени.

Ничего страшного, что это выглядит унизительно. Сегодня я уже унизила себя сотни раз. Потерплю еще разок перед одногруппниками. А потом при случае обязательно припомню им это и отомщу.

Мы, ведьмы, и вправду не прощаем грубости.

Колени саднило ужасно. Еще бы, при приземлении я порвала свои брюки. Лицо горело так, будто я переборщила с ядом саламандры и вместо удаления прыщей решила снять верхний слой кожи. Один раз так и было, правда, я не смогла оценить всю прелесть ощущений изнутри, ведь мазь продала деревенской девушке. Но как она расписывала свои ощущения! На всю жизнь запомнила.

И ведь помогло! Помолодела она лет на пять и удачно вышла замуж во второй раз.

– А ты что, не чудище, что ли? Гы-гы-гы! – стебался мужской голос.

Медленно обернувшись к группе несчастных, кому богиней судьбы предначертано было учиться со мной и принять от меня наказание за свою бестактность и самомнение, я широко усмехнулась.

Ребята ахнули. А я сделала шаг вперед и грозно рыкнула:

– Бу!

Газель и Нинель в панике завизжали. Они были магичками и непривычными к темной стороне жизни. А ведь учились на знахарей. И – никакой выдержки. Сколько им крови, ужасов и оживших скелетов предстоит увидеть! Могли бы и промолчать.

Парни, коих в нашей группе было большинство, просто брезгливо морщились.

Гордей откинул палку в сторону. И вызывающе усмехнулся. Ну да, конечно. Он ведь тоже из ордена Мстящих. С такими не связываются. Гад он и есть гад, даже если в документах написано, что человек обыкновенный.

Филигар, наш староста и тот еще зануда, единственный смотрел на меня с жалостью. Ему не нравилось всё, что я делаю. И не нравилось никогда.