Нить судьбы

 – Я знаю, кто будет ходить со мной темными вечерами, чтобы что-нибудь плохое не случилось!

– Ты думаешь, что я, как в фильмах, раскидаю всех направо и налево?

– Ага, – довольно проговорила она и после решила, что неплохо бы послушать профессора.

– Сейчас я начну перекличку, – начал говорить учитель, при этом покашливая в свой носовой платок, – чтобы проверить посещаемость и заодно приблизительно знать всех вас в лицо…

Я отвлеклась, потому что у меня снова резко заболел и зачесался мой шрам. Да, что же это такое?! Я закусила свою нижнюю губу и даже почти прокусила до крови, чтобы не обращать внимание на этот зуд.

– Ларина Олеся, – Иннокентий Павлович уже дошел до той самой Олеси. Она сказала, что здесь, а профессор продолжил, – Звёздный Арсений…

У меня перестал болеть шрам, а я чуть не подавилась со смеху, когда именно тот самый Арсений сообщил, что присутствует. Ну, и фамилия ему досталась… подходит. Интересно, по какому принципу Иннокентий Павлович нас перечисляет? Явно не алфавиту.

– Виктор Фирсов, – откликнулся тот наглый блондин, – больше советую не опаздывать. Драгомир Картев, – ну, и имя… – Драгомир? – все молчат.

– Он отсутствует, – сказал парень в черной, слегка обтягивающей, кофте сидящий через два ряда прямо передо мной. Не жарко ли ему в кофточке? Я в футболке, но с радостью бы и её сняла. Он брюнет и крупный, больше ничего сказать не могу.

– У него сексуальный голос, – шепнула мне подруга, а я лишь закатила глаза и усмехнулась.

– Не знаю, – ответила я и пожала плечами, – мне видна только его спина.

– Мощная и сексуальная спина!

– В первый же день, – заметил преподаватель. – Ваше имя и фамилия…

– Ян Рангаве, – представился он, а я подумала, куда только попала. Такие имена и фамилии у всех…

– Какая у вас интересная фамилия, – губы профессора дрогнули в подобие улыбки. – В Византийской империи жил такой правитель, правда, это было его имя. Он отрекся от власти и ушел в монастырь… – Иннокентий Павлович прикрыл глаза и качнул несколько раз головой, собираясь с мыслями.

– Присутствует, – сообщил мой друг, а я почему-то улыбнулась.

– Гранина Вита, – произнес преподаватель, а моя подруга сказала, что на месте. – Романовский Даниил, – продолжил он же. На этот раз отозвался тот друг Тимофея, с которым он зашел в аудиторию. – Хорошо… Золотарева Дана.