Опиум. Вечность после

– Но они не перестали быть нашими самыми близкими людьми. Они совершили ошибку… несколько ошибок, Дамиен. Разве ты не ошибался?

Он не отвечает.

– И потом, я думала, у тебя наладились отношения с матерью. Это, наверное, важно для тебя?

– Энни всегда выдаёт желаемое за действительное.

– Правда? Ты не называл её матерью?

– Называл. Когда был в стельку пьян и не стеснялся открыто стебаться. Или стёб тоже считается? Знаешь, очень странно никогда не иметь матери и вдруг внезапно её «заиметь».

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только то, что она, похоже, так и не поняла за все годы после случившегося в роддоме, что у неё родился не только мёртвый сын, но и живая дочь! Кошки, Ева, лучшие матери, чем наша по отношению к тебе! Это просто режет глаза, выворачивает душу! Она будто отказалась от тебя, но при этом официально не бросила.

– Она любит меня. В своей специфической манере, правда, но любит. И не говори ерунды! Ни одна приёмная мать не лучше родной!

– Не знаю, – поджимает губы. – Не знаю.

Спустя время, неожиданно добавляет:

– Мне бы побольше ума в детстве…

– Что было бы?

– Меньше тупых поступков с моей стороны, Ева. Стыд – жалкое чувство в сравнении с тем, что я теперь испытываю.

– И что же ты испытываешь? – надавливаю.

Дамиен поворачивает голову к окну, стискивает зубы и после недолгой паузы признаётся:

– Я должен был любить тебя… а не ненавидеть. Ты – мой единственный по-настоящему родной человек. Из-за их ошибок мы наделали своих.

– Не все братья и сёстры любят друг друга, Дамиен. Ты идеализируешь то, чего у нас не было, но на деле дети ссорятся и враждуют независимо от родства.

– Я бы любил тебя… и защищал.

– Что мешало тебе если не любить, то хотя бы не третировать Еву-сводную сестру?

– Глупость, недостаток жизненного опыта, детский максимализм и заложенная в генах жестокость. И отсутствие любви. Да, не удивляйся, мне тоже её не хватало.

– А между тем, мать души в тебе не чаяла и вечно лезла с нежностями, заботой и советами. И отец любил, пусть и своей сдержанной любовью, но любил и любит сейчас.