Моногамия. Книга 2. Муж

И я уже знаю, что буду петь, ищу в планшете ноты, передаю их Алексу. Он быстро пробегает глазами, его пальцы уже извлекают первые звуки, а я жду, пока он будет готов.

Наконец, он говорит:

– Ничего сложного!

– Une fille de L`Est, что означает Девушка с Востока – объявляю я.

Patricia Kaas Une Fille de l'Est

Алекс начинает играть, а я петь песню нежнейшей текстуры с истинно французским шармом, романтичностью и проникновенностью. Французские слова сами по себе, как музыка, а звуки гитары в руках Алекса словно одевают их в тонкую невесомую ткань, из которой шьют подвенечные платья.

В этой песне есть смысл, глубокий, мудрый, но мой избранник не менее мудр и глубок, чтобы понять его. Я пою о девушке, родившейся в тех краях, где мало света и нет моря, и именно поэтому солнце живёт в её светлых волосах, а море – в синих глазах.

Оттого, что в наших небесах не так много света,

И здесь нет моря,

Голубой цвет живёт в наших глазах,

И именно в них можно потеряться.

Быть может, это из-за солнца,

Забывающего нас так надолго,

Мы хотим золота, как в Марселе,

И оно селится в наших светлых волосах.

Алекс отрывается от нот, и наши взгляды встречаются – ведь это у меня голубые глаза и золото в волосах, ведь это я девушка с Востока. Это я родом из страны, закалённой войнами, это я принадлежу народу, наученному выживать в зимний холод и сражаться в бою. И увидеть сложность моей души, силу характера можно не столько в моих словах, сколько в поступках – я ничего не делаю наполовину, я знаю цену данному обещанию и не роняю слов.

Я из той страны за горизонтом,

Которая звучит как война, как вечная зима.

И если ты хочешь понять меня

и по – настоящему узнать меня,

Я – в каждом моём слове, в каждом из моих жестов

Мы неотрывно смотрим друг другу в глаза, я пою, он играет, и кажется, что в этом пространстве музыки и слов-признаний существуем только мы двое, а те, кто наблюдают, невольно проникнуты чужой тайной, чужими чувствами, чужой страстью.

Здесь холод морозит тела,

Но и жара может сжечь.

У нас всё становится ярким и сильным,

Мы ничего не делаем наполовину.

И все эти кресты и траншеи,

Мы знаем здесь цену крови,

Абсурдность сражений,

В которых умирают с обеих сторон.