Сгорая дотла

Мысленно пожелав себе удачи, я вошла следом за ним в просторный кабинет и будто очутилась в другом мире. В общем, в таких местах я еще не бывала. Но главное не в обстановке, а в том, что на нас смотрели две пары глаз. И кое-кого я даже узнала.

Марк Громов. Лицо, которое просто невозможно не знать, если живешь в городе, где чуть ли не каждое второе здание построено его фирмой. А вот кто другой, я узнала спустя несколько секунд, когда Кирилл уже в привычной для меня манере затараторил, посмеиваясь и пожимая руки друзьям.

Холодок закрался под одежду. Так как я практически стояла за спиной Кирилла, то не сразу поняла, когда он отошел, и я оказалась перед его друзьями. Они внимательно смотрели на меня, а я не знала, куда деться.

– Теперь знакомьтесь. Соня, моя личный водитель.

В кабинете повисла тишина.

– Здрасьте, – брякнула, понимая, что такая тишина явно не к добру.

– Ты издеваешься?! – протянул второй, очкастый и скользкий, как удав, тип. Виктор, вроде бы так сказал Кирилл, когда представлял их по именам.

Его тон явно не располагал к диалогу, но Кирилл, неожиданно отступив, встал рядом со мной, едва ли не касаясь плечом плеча.

– Соня – мой водитель, и это не обсуждается.

Марк Громов покачал головой, но спорить не стал. Зато очкастый не успокаивался.

– Ты когда-нибудь одумаешься?

– Вик…

– Не будем ругаться при девушке, – вдруг заговорил Громов, направляясь к нам.

Подняв руку, он протянул ладонь, и мне пришлось пожать ее, хотя собственные ладошки тряслись то ли в гневе, то ли в страхе.

– Соня…

– София Константиновна, – произнесла я, сжав ладонь Громова.

Вот Лидка чаем подавится, когда узнает, где я была и с кем разговаривала.

– Приятно познакомиться, София Константиновна, – ответил Марк, опуская руку. – Вы точно умеете водить?

Его вопрос прозвучал как-то странно, но отчего-то ущемленной я себя не почувствовала.

– Конечно. Мы же сюда как-то доехали, – фыркнула и тут же чуть не подавилась воздухом. Кирилл рассмеялся так, что мне показалось, еще чуть-чуть и он задохнется. На лице Громова промелькнула улыбка, и лишь очкастый оставался верен себе – мрачнее тучи.

– Ладно, посмеялись и хватит, – проговорил Виктор и вызвал секретаря.