9 часов над Атлантикой

Ещё раз извините…

Что они ему на это отвечают, я не знаю, потому что уже несусь по гофрированной трубе в самолёт.

Глава шестая. Голодная

Katie Melua – Wonderful Life

– Девушка, можно мне в туалет? – спрашиваю у стоящей в проходе стюардессы. Обалдеть, это же моя старая «знакомая». Теперь можно выяснить её имя – присматриваюсь к бейджику… Магдалена? Бог мой…

– Да, конечно, после взлёта. Пока займите, пожалуйста, своё место, – улыбается пластиковой улыбочкой.

– Милая фрау Магдалена, – улыбаюсь ей по-настоящему, по-канадски, – боюсь, до окончания взлёта не дотерплю! Я быстро! Даже глазом моргнуть не успеете!

– Будьте любезны пройти на своё место! – тот же пластик в улыбке, но теперь уже с раздражением и нажимом.

Мой лимит конфликтов на сегодня уже исчерпан, поэтому беру себя в руки и разворачиваюсь.

– Господи, ну и денёк… Хоть бы живой долететь! – выдыхаю, опускаясь в кресло.

– Попробуйте помолиться, – предлагает мне знакомый голос.

Он проходит мимо меня, удерживая перед собой сумку и опираясь ладонью на спинки кресел.

Его место на три ряда впереди меня и посередине, мне же повезло – я одна и у окна. Мы прошли посадку последними, и самолёт оказывается полупустым.

Я жду его взгляда, чтобы определиться с решением. Случалась ли с Вами дилемма, когда не знаешь, то ли благодарить человека, то ли дать ему в глаз? Ну, это как если бы Вы тонули, и Вас спасли, но при этом вырвали обе руки?

Он поднимает свою сумку, заталкивая её в багажный отсек над своим сидением, и бросает один коротенький взгляд в мою сторону. Очень коротенький, я даже не уверена, на меня ли он смотрел. И вот когда его руки закрывают багажную крышку, он снова смотрит и улыбается – ей, стюардессе Австрийских авиалиний.

– Мы об этом позаботимся, спасибо! – сияет она в ответ, закрывая отсек рядом. Ноги у неё хоть и длинные, но чтобы дотянуться до крышки руками, ей приходится встать на носки, вытянувшись в струну, и едва ли не подпрыгнуть.

– Мне ничего не стоит помочь, – отвечает он, захлопывая крышки одной рукой. Ещё бы, с его-то ростом.

Магдалена, кажется, сейчас выпрыгнет от радости из своего красного платья.