Время жить

Из-за статуса отца в обществе, которое сын совсем не хотел принимать, ругались абсолютно все. Только восьмилетняя сестра пока не очень понимала причины, потому просто сидела в такие времена у себя в комнате и ждала брата, чтобы порисовать вместе. А для Леши Алиса (так звали сестру) была единственным человечком, который не станет ругаться, если увидит кисть в его руках.

Через время все успокоились. Леша закрылся у себя, уселся на кровать и обнял свои коленки, воткнув наушники в уши. Его лицо было мрачнее тучи.

– Леша? – послышался детский голос с той стороны двери.

Пришла Алиса. – Зайцы прячутся под деревом, – добавила она. Это была их тайная фраза. Когда кому-то одиноко или беспокойно они говорили «Зайцы прячутся под деревом», где зайцами были брат и сестра, а деревом было какое-то место, где оба могут укрыться от «грозы».

Студент вынул наушники и встал на ноги, открывая дверь.

– Входи. Только быстрее, – тихо сказал он.

– Там папа с дедушкой о тебе говорят, – шепнула Алиса.

– Даже слышать не хочу, ты ведь знаешь, – он вновь закрыл дверь на ключ и пошел к столу.

 – О чем конкретно?

– Ты ведь не хочешь слышать, – не поняла девочка.

– Да, не хочу, – Леша сел на корточки, повернувшись к сестре. – Они про дядю Кирилла? – ненавязчиво спросил он.

– Да. А это правда, что он скоро умрет, а потом ты будешь президентом?

– Конечно нет, зайчонок. Третьев живучий. До ста точно протянет, – равнодушно выдал Леша, зачем-то оглядываясь по сторонам.

– Почему ты так говоришь про дядю Кирилла?

– Забудь.

Тебе рано об этом думать.

Кирилл Третьев. Так звали главные глаза страны. Орла, который держал престол в своих руках. Все знали его, все пытались быть как можно ближе к президенту, думая, что так сами приблизятся к власти.

Кажется, в две тысячи пятьдесят четвертом году были последние выборы. Тогда новый президент издал указ о наследовании престола. А через годы править продолжил его двадцатипятилетний сын, Кирилл. Еще тогда врачи поставили ему бесплодие, потому люди знали, что наследником станет человек, по-родственному близкий к президенту.

Каждый на улице восхвалял Третьева и его новые законы, а тот думал, что стал лучшим среди лучших. Но лучшим он не стал. Он просто повторял все, что делает его отец, пытаясь стать его точной копией или отражением в зеркале.

– Знаете, Кирилл Дмитриевич, Вы, порой, очень напоминаете Вашего отца, – сладким голосом, будто льстит, сказал один из министров.

– Благодарю, – слегка улыбнулся президент.