Одинокое сердце

Я уже во второй раз так поступаю. Подвожу вас.

Виктор нахмурился и наконец-то посмотрел на меня.

– Да, Маргарита, из вас отвратительная помощница. Таких сотрудников еще поискать. Вы мое персональное наказание, – и если слова мужчины были обидными, то в его голосе я не чувствовала угрозы. Но, не смотря на ощущения, из глаз хлынули слезы.

– Спасибо, – прошептала я, стараясь дышать ровнее, но с губ слетали всхлипы.

– За что? – удивленно произнес он, борясь с желанием отвернуться, чтобы не видеть, как я растираю по лицу слезы и тушь.

– За то, что дали шанс поработать на вас. Я завтра напишу заявление и уйду. Больше не буду мешать вам. От меня и так пользы мало.

Виктор рассмеялся, заставляя меня остановить рыдания и взглянуть на него.

– Маргарита, когда я говорил, что вы для меня наказание, то не врал. Я даже знаю за что мне такое наказание. Но про ваше увольнение не было и речи. Пожалуй, я поступлю иначе, – ухмыльнулся он, расслаблено откинувшись назад.

Я же напряглась, посмотрев на хитрую улыбку мужчины.

– Как? – настороженный голос добавил веселости боссу.

– Завтра, – произнес он. – Я расскажу вам завтра. А сейчас отправляйтесь в клинику, к своей кошке. И если у вас возникнут проблемы, пожалуйста, сообщайте мне об этом.

Виктор завел мотор и выжидающе глянул на меня, подсказывая, что разговор закончен, и мне пора выметаться.

Потянувшись к ручке, я обернулась к боссу и произнесла:

– Спасибо.

– Завтра вы будете говорить иначе, – сказал он, когда я покинула салон, но слова начальника достигли меня в последнюю секунду до того, как автомобиль тронулся с места и вскоре скрылся за поворотом.

Простояв так несколько минут, я поежилась от прохладного весеннего ветра и вернулась в клинику, где Таня спешила мне на встречу, чтобы сообщить об удачном исходе операции.

Васю вернули спустя пару часов, когда убедились, что ее жизни ничего не угрожает. Мы отправились домой втроем: я за рулем, довольная Таня с кошкой на руках. Девушка гладила ее по шерстке и лепетала, как будет заботиться о ней, кормить самой вкусной рыбкой и извлекать всегда косточки.

Поджав губу, я отвернулась, вспоминая слова Виктора. За внешним спокойствием начальника таилась опасность, которая не предвещала ничего хорошего.