Любовь в новогоднюю ночь

Этот новогодний праздник был не только поводом собрать всех под одной крышей, но, как оказалось (к сожалению, для меня слишком поздно), мама и папа пригласили к нам родственников – троюродную сестру по отцовской линии Аллу Павловну, ее супруга Дмитрия и их детей. Весь список гостей я, конечно же, благополучно прослушала, потому что Марина взяла на себя организацию по размещению гостей в огромном доме, и теперь я понимала, почему мне выделили эту каморку: для одиночки достаточно и шести квадратных метров. Главное, чтобы было куда поставить узкую кровать и небольшую тумбу с вещами, на которую я и свалила свой наряд.

Покосившись на ворох одежды, я выдохнула и заставила себя оторвать голову от подушки. Полдня я потратила на готовку, помогая остальным женщинам в доме. Мужчины были заняты подготовкой двора, расстановкой мебели и своим фирменным блюдом – шашлыком с запеченными овощами. Несмотря на то, что обязанности были разделены, мне досталось больше остальных. Опять же по простой причине: я одна. У меня нет мужа, который то и дело отвлекал бы меня каким-нибудь глупым вопросом.

Или детей, которых бы приходилось доставать из-под елки или отлавливать в сугробах. Я просто работала как рабочая пчела, чувствуя, как жало то и дело норовило отвалиться от усталости.

Потянув ноги и размяв мышцы, я выбралась из кровати, задумавшись, сколько синяков я заработаю на тонком матрасе за ночь, и поплелась к комоду. Благо было достаточно сделать три шага. Выхватила из вороха вязаный свитер молочного цвета и покрутила в его руках.

Интересно, никто из мелких не выльет на меня сок или не опрокинет тарелку с салатом? Лишь бы не жирное мясо! Такое пятно будет сложно вывести с моего любимого свитера.

– Готова? – мама постучала в дверь и подергала ручку. Пришлось открыть, пока она не начала молотить кулаком, привлекая к нам все внимание дома.

– Да, готова, – пробурчала, поправляя хвост из густых каштановых локонов.

Мама переступила порог комнаты и замерла на месте. Ее темные брови изогнулись в неодобрительные полоски, почти сомкнувшиеся на переносице, которыми она пугала нас в детстве, изображая пик своего возмущения.

– Что не так?

– Ты видела себя в зеркале?

– А где здесь зеркало? – я изогнула свою бровь, но выглядело это глупо и недостаточно, чтобы убедить мать.

– Снимай немедленно! – Она шагнула вперед и вцепилась в свитер. Потянула его вверх, да так быстро и ловко, что я не успела отступить от нее или вырвать любимую вещь из цепких рук родительницы.