Нам нельзя

Если бы она знала, какой дикой болью пульсирует мой собственный мозг, то не морщилась бы так. Потому что я хочу кричать от боли, пронзающей каждую клеточку моего тела.

Осторожно касаюсь запястья, разминая его. Тетя слишком сильно сжимала мою руку.

– Я не хотела идти.

– А у нас есть варианты?

Пожимаю плечами.

– Можно было что-нибудь придумать.

Тетя усмехается.

– Притвориться заболевшими? Ты это умеешь.

– Не нужно мне напоминать каждый раз, – огрызаюсь я и затыкаюсь, потому что ловлю на себе тяжелый взгляд родственницы.

Тетя медленно поднимается, одергивая рубашку.

– Слушай, мне плевать, что ты там хочешь или нет. Если нужно, то ты это делаешь, – она переводит взгляд на рассыпанные под ногами шпильки. – Хочешь быть сопливой девчонкой, которая рыдает по поводу и без, то продолжай, мне все равно. Но если хочешь быть сильной, то засунь уже свои обиды куда подальше и перестань реветь. Я тебя не так воспитывала.

Каждое слово бьет сильнее, чем пощечина.

Сильной… Она хочет, чтобы я была сильной, но в то же время не упускает момента причинить мне боль. Неужели думает, что все издевки, подколы, смешки делают меня сильной? Тетя ошибается, но я упрямо продолжаю молчать, потому что понимаю, что наш очередной спор ни к чему хорошему не приведет. Осталось лишь немного потерпеть. Скоро выпускной, а там поступление в институт. Я уже выбрала парочку мест в другом городе.

– Вытри сопли и приберись тут, – произносит она и выходит из комнаты, с громким хлопком закрывая дверь.

Она в бешенстве. Злюсь и я.

Ничего не меняется. Мы отравляем жизнь друг другу вот уже двенадцать лет. С тех самых пор, как моя бабушка умерла, и вся забота обо мне упала на плечи тети. Маме на меня было плевать. Она только оплачивала счета.

Я всего лишь один из пунктов в ее жизни, не более.

Опускаюсь на колени и начинаю собирать шпильки, как дверь неожиданно вновь открывается.

– И еще, – говорит она, явно удовлетворенная тем, что я сразу же принялась наводить порядок, как она и велела, – завтра нас пригласили на ужин. Твоя мама и новый папа. – Ухмыляется она и выходит из комнаты вновь, оставляя меня пригвожденной к полу надменным взглядом и ужасными новостями.

Нет. Я не готова.

Не смогу.