Чистая любовь

Аккуратно разложенные стопки бумаг в папках, для каждого направления свой цвет. Моноблок сбоку, телефон с другой стороны. У каждой вещи здесь было свое место.

В моей жизни у всего было определенное место и предназначение. И никому, даже Егору, не удавалось изменить этот факт. Поэтому другу оставалось только морщиться и насмехаться надо мной, пусть по-доброму, но все же колко.

– Я слышал, твоя домработница сбежала. И чем ты довел любезную тетю Тамару? Она же была ангелом. Сколько она проработала? Лет пять?

– Четыре года, десять месяцев и шесть дней, – отчеканил я, замечая улыбку на лице друга.

Вот опять он подколол меня, я же его шутки не понял. Всегда так – точные цифры, точные ответы. Никаких шуток, интриг и лжи.

Егор рассмеялся. Весело, чересчур шумно для меня, но в своей излюбленной манере, полностью игнорируя мое недовольство.

– А еще я слышал, что нашли замену, – прищурившись, сквозь смех сказал он.

Я напрягся. Да, всего три часа назад узнал, что Людмила подписала договор с девушкой по имени Кира.

Она предложила мне ознакомиться с ее резюме и прочей информацией, но я отказался. От одной мысли, что в моем доме появится новый посторонний человек, становилось дурно. К Тамаре Федоровне я привыкал месяц. Сначала опасливо перешагивал порог квартиры, прислушиваясь к звукам, будто ожидал, что новая домработница выскочит из-за угла и уронит на меня мешок мусора. После обследовал все закутки и только тогда, когда убеждался, что все выполнено точно так, как я просил, мог успокоиться.

Тамара Федоровна была отличной сотрудницей, и когда она решила покинуть должность, посвятив себя заботе о внуках, я расстроился. Испытал неприятные ощущения, но все же поручил Людмиле подыскать кандидата. Она управилась быстро. И теперь настала новая пора адаптации. Я был уверен, что новая работница привыкнет к обязанностям быстрее, чем я свыкнусь с мыслью, что в доме бродит чужой человек.

– Желаю удачи, Герман, – заявил Егор, вырывая меня из дурных воспоминаний.

 – А теперь о работе…

Глава 3. Чужие стандарты

Вечером, вернувшись в свою съемную комнату, я быстро перекусила и спряталась от хозяйки. Женщина она была приветливая, но чересчур любознательная. И вот уже почти месяц она пыталась разузнать обо мне чуть больше, чем я готова была рассказать. Бесконечные вопросы ни о чем могли утомить хоть кого, а хозяйка вкладывала в каждое свое слово определенный смысл.