Инимити

 – Нет уж, по мне, так лучше сдохнуть на улице от голода, чем до конца своих дней провести жизнь в качестве верного и преданного раба у какого-нибудь холеного герцогского сыночка!

– Да что ты понимаешь, мальчишка! – разозлилась Дэнна, в которой слова Реда разбередили что-то глубоко запрятанное в самый уголок души. Оттолкнув парня локтем, девушка покрепче прижала к себе пакеты с продуктами и практически побежала по улицам.

Остановилась она только у ворот дома О-Гри и поклялась себе, что она больше никогда не будет вспоминать об этой странной встрече с Редом и о его неправильных словах.

Лестьен

– Ох, Ваше Высочество! – простонала служанка, когда рука принца чуть сжала ее сливочно-белую грудь.

Лестьен довольно улыбнулся и впился губами в нежную шейку девушки, не забывая оглаживать все заманчиво выступающие места. Очередной стон, сорвавшийся с губ служанки, послужил ему наградой за старания. Расстегнув пояс на ставших тесными, брюках, он повалил служанку на кровать и навис сверху, предвкушая скорое удовольствие.

Неожиданный стук в дверь гостиных покоев, заставил принца раздосадовано зарычать. Отстранившись от раскрасневшейся служанки, Лестьен на ходу застегивая белоснежную рубашку, быстрым шагом направился в смежную комнату, дабы высказать нежданному нарушителю спокойствия все, что он о нем думает.

– О! Вижу, оторвал тебя от очередной хорошенькой служаночки! – ехидно улыбнулся Никаэль, глядя на двоюродного брата из-под длинной непослушной челки, то и дело спадающей на глаза.

– Чего тебе нужно Ник? – недовольно поинтересовался принц, скрещивая руки на груди.

– Мне? Ничего. Тебя твой отец в кабинет требует. – Сообщил Никаэль, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как бесится Лестьен.

– Что опять стряслось? – уже понимая, что отвертеться от похода к отцу не получится, мрачно осведомился Его Высочество.

Никаэль пожал плечами:

– Понятия не имею.

Лестьен выругавшись сквозь зубы, вернулся в спальню, и не обращая внимания на вопросительный взгляд служанки, набросил черный, расшитый золотой нитью камзол и вышел обратно в гостиную комнату.

– Хорош! – восхищенно присвистнул Никаэль, разглядывая двоюродного брата, – Только помаду с щеки сотри, герой-любовник.

Выругавшись еще раз, Лестьен потер щеку и направился к выходу.

– Эй, Лест! – уже у порога окликнул его Ник.