Только твоя

– Ну, смелее, – неожиданно подбадривает Фархад.

И я, повинуясь выдаю на одном дыхании то, о чём должна была промолчать по велению отца. Мы ни при каких обстоятельствах не должны были касаться этой темы. Наследство не обнародовано, о нём знали только двое. Точнее знали только двое…

– Отец просил оставить завод в семье, – проговариваю осторожно.

– Кто бы сомневался, летит саркастическое в ответ.

Вскидываю взгляд и позволяю себе недовольно буравить им мужа. Мне не нравится ни его тон, ни его обвинения.

– Успокойся, никому твой завод не нужен, и ты не обязана его кому-то отдавать, как минимум ни тогда, когда ты моя жена.

– Не отказываюсь! – горячо вспыхиваю, – Там же не сказано от кого конкретно должен быть ребёнок.

Иду по самому острию. Мой ход ва-банк. Либо да, либо вот уже сейчас может вернуть меня с позором в дом родителей и рассказать всё то, что я только что рассказала.

Неожиданно Фархад хмыкает.

– Неужели младший?

Опускаю взгляд, но улыбку он заметил и всё просчитал мгновенно. Страшный человек, читает людей как рентген.

– Что ж, попробуй. Но учти, ты в статусе моей жены для всех, даже для Армана.

Вспыхиваю. Не знаю куда деть руки и глаза. Он первый человек, который знает мою тайну. Чувство такое, словно я нутро вывернула перед ним сейчас. Хочется закрыться, стереть всё у него из памяти, чтобы моё моим осталось. Там далеко в душе за семью замками. Там, куда я могу возвращаться мысленно, как в чудесный мир и жить радуясь, и веря.

– Ну что, жена-невестка, раздевайся, будем попирать МХАТ.

Просияла.

– Вы согласны?

– Да, – скупой ответ.

– Спасибо, – складываю руки под грудью в молящем жесте.

Фархад качает головой и неожиданно говорит мне:

– Мне нравится твоя открытость и не боязнь говорить о вещах, которые ты обсуждать не должна была. Но помни, ты моя жена и должна вести себя соответственно. Этот брак рано или поздно закончится, потрудись сделать так, чтобы развод был для тебя менее болезненный.

Киваю. Я всё прекрасно поняла. Осталось не умереть от счастья. Кто бы мог подумать, что в его лице я найду практически союзника.

Оглушённая, практически окрылённая, я не слышу последнюю фразу, мне хочется взвиться выше облаков и парить.

Фархад протянул нож, откуда только взял, я так и не поняла.