Прости меня, если сможешь…

Роуз недовольно фыркает, но когда мой палец проникает в плотно сжатые стенки влагалища, а второй касается клитора, она откидывается на меня и тихо шепчет, лаская свою вторую грудь рукой:

– Только не говори никому.

Хмыкаю.

Вот и закончилась показуха. Это прокатывает. Почти всегда прокатывает. А если нет, да кто признается, что чей-то член вставили прямо в задницу? Нет, никто! Я этим пользуюсь. Не со всеми естественно. Просто тут я знал. Она продолжит. И что бы кто ни подумал. О таких вещах, как правило, в лоб не спрашивают.

Просто парни знают, когда это можно сделать.

– Обижаешь.

И делаю медленный и плавный толчок, не забывая двигать пальцем по клитору.

Спустя ещё пять минут по моей комнате то и дело слышится раскатистый стон, и просьба не останавливаться. До чего же предсказуемо…

Кончаю очень быстро и бурно, а после довожу уже её. Роуз вся мокрая и горячая. Её восхитительная задница дарит мне физический кайф, а красивое лицо эстетическое удовольствие. Она могла бы быть моей девушкой, её формы пленительны, а стойкость к моим запросам поражает.

Податлива. Сексуальна. Рядом с ней мне хочется трахаться постоянно в разных позах и местах. Всё в ней хорошо, ну кроме того, что она не Ками.

Чёрт…

К чему эти долбанные воспоминания и сравнения? Кто-то может это объяснить?!

Спустя час мы садимся в мою машину, и я отвожу её в кампус. Родители якобы не слышали, как мы уходим, а я не стал акцентировать внимание на этом. Чувствую кожей, разговор ещё предстоит и не уверен, что он мне понравится.

Сознательно иду против правил, своеобразный бунт. Мама просто постеснялась высказаться при Роуз, просто не попалась на глаза. Или мы ей, не важно.

Паркуюсь на свободном месте между стареньким BMW и красной Audi моего однокурсника. Глушу двигатель и поворачиваюсь к Роуз. Непроизвольно пробегаю по ней взглядом, короткий топ на бретельках, до чертиков сексуально подчеркивает грудь. Доподлинно знаю, что там внутри невесомое кружево, черт, начинаю вновь думать яйцами! Ещё бы! Один взгляд на белую пышную юбочку, которая не оставляет полету фантазии ничего, я сглатываю ком в горле.

Блять, яйца зудят. Мне по одури хочется, чтобы она запустила свои шаловливые руки в мои трусы. А ещё лучше опустила голову и взяла его в рот.

– Пойдём на вечеринку в эти выходные?

Слова сами собой вырвались. На пару секунд Роуз опешила, а потом сделала все, чтобы её лицо было как можно безразличнее. Вроде: «да, ладно. Но мне всё равно».