Любить не обязуйся…

И вскочила бы, если бы меня не удержали. Дыхание участилось, сердце в груди забилось сильнее и первые несколько секунд я не могла понять, что произошло. Мне показалось, что мы падаем… в бездну…

– Успокойся. Всё хорошо. Это просто не совсем удачная посадка.

Я повернулась в ту сторону, откуда шёл звук и поняла, что это всё не сон. Рядом со мной сидел всё тот же холодный и чужой мне мужчина.

Резко словно неоткуда подступила тошнота. Пришлось зажать рот ладонью. Пока я пыталась справиться с рвотными позывами, Марк проявил себя чересчур, сострадальчески.

Нежно, словно ребёнка он погладил меня по волосам, спине и позывы отступили. Мне стало значительно легче и захотелось посмотреть ему в глаза. Просто посмотреть. И я посмотрела.

Молодой, притягательный мужчина смотрел на меня спокойно и даже озадаченно. Он мне нравился с первой секунды в том самом баре, он мне понравился. Власть! От него буквально пахло брутальностью, я чувствовала это. Да, я знала, что он мне нужен, как минимум на физическом плане, знала это ещё тогда и боялась признаться.

Это невозможно объяснить, я не чувствовала к нему тепла, но всё равно что-то внутри меня тянулось к этому чужому для меня человеку.

– Ты слишком много нервничаешь.

В машине я решила спросить то, что мучило меня последний час.

– Они все знают?

Мы ехали достаточно быстро, и я даже знала куда, но с формулировкой «дом» была не согласна, как минимум морально. Что-то внутри меня противилось этому и рвалось наружу. Я не смогу считать домом клетку! Так как дом это та обитель, где можно отдохнуть не только телом, но и душой, это что-то родное, своё, что-то незаменимое.

Мне предлагали назвать своим домом самую настоящую клетку, где я буду скорее узницей,

– Знают о чём? – спокойно даже очень спокойно переспросил Марк.

Я повернулась всем корпусом, чтобы понять, издевается он надо мной или действительно не понимает. Но ничего этим не добилась, просто не поняла. Он был спокоен, словно умиротворён. Как садист перед пытками. От такого сравнения меня передёрнуло.

Набравшись мужества я произнесла вслух то, о чём даже думать было противно.

– То, с каким статусом я буду жить в этом «доме» – Вышло очень едко, даже недовольно и Марк усмехнулся, а это медленно стало меня раздражать.

– У тебя есть время, чтобы придумать историю. Если хочешь, можешь сказать правду или воссоздать иллюзию чувств. Правда это не совсем со мной вяжется, да и не важно. – Марк наконец-то одарил меня притязательным взглядом.