Если ты со мной…

Но всё это не меняло ситуации: она была для меня чужая, даже если учитывать то, что это идеальная партия. Всю эту композицию дополняли высоченные шпильки: она, как и Кира, без них никуда. «Твою мать, Кира!». Я только сейчас вспомнил, почему тут нахожусь!

Со спокойным выражением лица я встал с дивана. С каждой секундой Кассандра расплывалась в улыбке, но глаза выражали враждебность – интересное сочетание. Она до сих пор меня ненавидит, это факт.

– Крис Уолтер! Собственной персоной. Не ожидала увидеть тебя здесь.

– Могу сказать то же самое, – мой взгляд был безэмоциональный, выжидающим.

Я знал её, и даже очень хорошо. Всё её движения были похожи на бросок, бросок кобры. И, видимо, я был кроликом. Кассандра сделала уверенный шаг ко мне, и нас разделили какие-то пятьдесят сантиметров.

– Ты же знаешь, как я люблю этот магазин, – лёгкая полуулыбка. – Тут очень красивая одежда. Не правда ли?

– Действительно, успел оценить, – так же холодно ответил я.

Кассандра и в самом деле смотрела на меня как на жертву, ища брешь в моей эмоциональной блокаде. «Хрен тебе, сучка!» Краем глаза я заметил смело идущую ко мне Гвен. «Твою же мать!» Чувствую, что скоро тут возникнет ещё один раздражитель в лице Киры. Раздражитель для Касс, ведь уходя, она кричала, что сотрёт нас в порошок. Не хочу сталкивать их лбами.

Кассандра, было, хотела что-то сказать, но Гвен не дала ей такой возможности. Чему я был безумно благодарен. Дарить лживые улыбки – это не про меня.

– Мистер… – девушка замялась.

– Уолтер. – Сверхспокойно ответил я, не отрывая взгляда от Касс.

Гвен, поймав на себе гневный взгляд Кассандры, сначала уставилась в пол и спустя секунду подняла глаза на меня. Для консультанта в подобном магазине она слишком невежлива. Нужно было прежде поздороваться, а потом уже лезть в разговор.

– Мистер Уолтер, вы будете расплачиваться картой или выпишите чек? – тон профессиональный.

– Картой.

Я достал из бумажника платиновую карту на моё имя и вручил ей. Девушка словно сбросила груз, который тянул её вниз, и с облегчением пошла прочь. Кассандра испепеляла меня взглядом, даже не смотря на неё, я это знал, чувствовал это кожей. Словно в меня бил разряд тока. Обиженная женщина хуже всех бед на свете. Тем более, если это Кассандра: эта девушка не знает, что такое прощать. Впрочем, как и я.