Туманность Персефоны

Отчёты эти нужны были для начисления выплат, а также для наблюдения за состоянием корабля. Каликс брал на себя бухгалтерию, а Ренетус – техническую часть. Теперь же Роджер демонстративно занялся этой работой сам, очевидно, желая показать, что может справиться и без Рена. Хотя на бумагах явно были видны разноцветные пометки маркером и комментарии на полях о том, на что обратить внимание от Каликстуса (чего он не делал для Рена), капитан невозмутимо изучал записи. Молодой человек мысленно цокнул и злорадно покачал головой.

В реальности же он, сухо поприветствовав Роджера, подошёл к панорамному окну, встал спиной к капитану, скрестив руки на груди.

Роджер только на секунду поднял глаза на вошедшего парня, и как будто бы дальше погрузился в своё увлекательное дело. Противоборствующие стороны заняли свои исходные позиции. С секунду официально выдержали паузу перед разговором.

– Как дела на корабле? – отдавая должное этикету, Роджер начал разговор первым.

Рен многозначительно взглянул на гигантскую стопку отчётов о жизни всего существующего в пределах «Туманности Персефоны», лежавшую перед капитаном.

Но правила игры обязывают участников начинать с нейтральных тем.

– Ничего особенного. Вселенская сеть нестабильно работает, после того, как обеззаразили груз. Но вроде никто не жалуется.

– Правильно, – одобрительно сказал Роджер. – Если жаловаться, что недостаточно стабильно работает сеть, то начальство решит проблему, дав тебе побольше работы.

– Она не совсем уж не ловит. Просто с перебоями.

В общем, Каликс уже отправил бригаду ремонтников.

– Понятно. Что ещё?

Капитан Кэмелус настырно перебирал сакральные бумажки. Когда-то давно Рен спросил, а почему бы не перейти на электронные записи, на что Роджер ответил, что предпочитает по работать по старинке. «Бумажный вариант можно съесть в случае опасности», – запоздало ответил сам себе молодой человек. Дела Роджера и Аттиуса его всё также не касаются.

– Кофейный автомат в общем зале, если выбрать две ложки сахара, пишет на дисплее, что будет жаловаться в профсоюз, – пожал плечами Ренетус.

 – Я, конечно, могу разобраться, но, кажется, все уже привыкли, и внимания не обращают.

– Ммм, – сочувственно протянул капитан, оторвавшись от бумаг. – То есть ничего интересного на корабле не случилось, всё как обычно?

Теперь Роджер смотрел на своего воспитанника в отражении панорамного окна. За стеклом, покрытым специальным антирадиационным напылением, чёрнел космос. Рен в очередной раз пожал плечами.