Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек

– Жаль, что книга осталась дома, сейчас бы глинтвейну наколдовать, – пробормотала она.

– Глинтвейну? Лучше бы ты лошадь наколдовала, чтобы скорее до леса добраться. Глупый вопрос, но… Ты случайно не помнишь такого заклинания?

Увидев, что Лара всё так же пытается согреть дыханием свою замёрзшую руку, Андреас закатил глаза.

– Что ты вообще помнишь?

– Живое можно превратить только из живого. Неживое – только из неживого, – безучастно сказала Лара. – Из ничего получается только ничто.

Андреас поёжился и вжал голову в плечи.

– Надо украсть лошадь. А лучше целый экипаж.

– Воровство – это плохо.

– Я час по холоду идти не намерен. Жди меня здесь. – Андреас запахнул накидку и свернул в переулок, шлёпая босыми ногами.

«Я-то в башмаках, – подумала Лара, зябко потирая руки. – А он и вовсе босой».

Несколько минут спустя около неё остановилась повозка. На козлах сидел Андреас.

– Воровство – это плохо, – повторила Лара.

– Я её не крал. – Бывший кот отклонился назад, показывая, что рядом с ним сидит худой старик.

Лара неуверенно сдвинула брови.

– Мои сбережения на учёбу.

– Залезай.

Пока Лара садилась в повозку, до неё донёсся тонкий голос старика:

– А что это с девушкой? Она как будто не в себе.

– Тебе какое дело?

– Чудные вы какие. Один полуголый, на другой лица нет…

– Ты гони, гони, не разговаривай.

Лара не помнила, как они доехали до леса, как вошли в дом и как Андреас искал деньги, чтобы заплатить извозчику. Она пришла в себя только, когда Андреас нёс её по лестнице на чердак.

– Что со мной?

– Ты упала в обморок. То ли от усталости, то ли от пережитого. – Юноша занёс её в комнату и положил на кровать. – Поспать тебе надо.

Лара повернула тяжёлую голову – за окном занимался рассвет.

– Там коза…

– Я её сам подою. – Сбросив накидку, Андреас уже облачался в наряд обедневшего дворянина.

– Ты умеешь доить? – удивилась Лара.

– А чего там уметь? Сотню раз видал, как ты это делала. К тому же у меня память… А у тебя потрясение. Отдыхай.

– Но коз же надо…

– И на лугу их попасу, не тревожься. Спи.

Но Ларе не спалось.

«Что теперь? Как дальше жить? Сыр я делать так и не выучилась – бабушка не подпускала меня к этому ответственному делу, боялась, что испорчу молоко. Замуж не хочу.