Молчание Соловья

И только на девятый день, стоя над свежей еще могилой супруги, он вдруг судорожно и глубоко вздохнул, опустился на колени и заплакал. Ему сразу стало легче, а с легкостью пришло и чувство вины перед дочерью, на которую он словно бы переложил все свои непомерные страдания вместо того, чтобы самому быть для нее поддержкой и опорой.

Перед отъездом Светлана долго говорила с отцом о том, как же им быть дальше. Она по-прежнему боялась оставлять Паляева одного, но и взять с собой в Топольки тоже не могла, объясняя это стесненными жилищными условиями.

Стоя на перроне железнодорожного вокзала, Паляев клятвенно заверил дочь, что ей совершенно не о чем беспокоиться, что он, в конце концов, мужик и, как ни как, глава семьи, хотя и живут они в разных городах и видятся редко. Что жизнь продолжается. Что он возьмет себя в руки…

В общем, говорил он, провожая Светлану, все те обычные слова, которые произносят, чтобы успокоить своих самых близких людей, и в которые трудно верится самим.

Выполнить обещание было необычайно сложно. Оказалось, что Паляев к самостоятельной жизни совершенно не приспособлен. Ему пришлось узнавать и осваивать совершенно незнакомые прежде стороны жизни, которые пугали его и ввергали в глубокую депрессию. Он впадал в настоящую панику при виде горы квитанций, счетов об уплате коммунальных услуг и всяческих налогов, путался в своем маленьком личном бюджете, пытаясь свести доходы с расходами, и по неопытности, сразу же влез в довольно серьезные долги.

Не прошло и недели с отъезда дочери, как Паляев превратился в полного анахорета, неопрятного, потухшего старика. Сил его едва хватало выходить на работу, которая уже не приносила никакого удовлетворения. И с еще большим отвращением возвращался он по вечерам обратно, едва волоча ноги, стараясь не думать о том, как он войдет в свою квартиру, где царит одиночество, тишина и полное запустение.

Как-то раз, в один из выходных дней Иван Тимофеевич в особо унылом настроении ходил по дому, небритый, несвежий, в полном непонимании того, с чего же нужно начать разгребать накопившиеся дела.

За окном шел серый, нудный дождь. В стенах паляевской квартиры было также беспросветно, серо и нудно.