Дело об исчезающих людях

Булат без разговоров сел в машину и продолжил молчать, даже выехав с парковки у участка. На фоне прежнего оптимизма и постоянного общения это выглядело несколько непривычно, но я так устала, что решила не обращать внимания. В конце концов, у него тоже работы много, и от его размышлений и деятельности зависит жизнь пропавших, так что не стоит отвлекать психолога.

Но всё же, когда половина пути до моего дома осталась позади, я решилась задать один из сотни мучающих меня вопросов.

– Булат, а почему твой отдел тогда нас с Ликой из кабинета выкинуть хотел? – поинтересовалась я осторожно, – Вы так журналистов не любите?

Парень будто только сейчас вспомнил, что в машине он не один, и перевёл на меня задумчивый взгляд.

– Не совсем, – всё-таки заговорил Булат, но прежнего веселья в его поведении больше не было, – Я же говорил, что наша группа – это психологи из ЦИПа. Так что мы не входим в штат сотрудников участка, поэтому нас не особо здесь любят и вдобавок ещё и мешают.

Булат делал вид, что смотрит на дорогу, но по выражению лица было видно, что парень мыслями где-то не здесь. Брови его чуть сдвинулись к переносице, сделав выражение его лица не только недовольным, но и будто злым. Казалось, будто приглашение психологов к работе в этом деле по какой-то причине оскорбляло его.

– Извини за вопрос, – проговорила я после короткой паузы, – Мне кажется, или ты был против участия в расследовании?

Парень удивлённо покосился на меня, но тут же усмехнулся.

– Нет, не был против, – Булат вздохнул и, поставив одну руку локтём на обшивку двери под стеклом, упёрся кулаком в свой висок. Ветер от открытого с его стороны окна тут же принялся играть с его короткими коричневыми волосами.

– Я не знал об этом деле до самого начала работы, – продолжил Булат, задумчиво смотря вперёд, – В ЦИПе все вечно заняты своими делами и у каждого работа своя. Как таковых команд не существует, так что мы просто так или иначе друг с другом знакомы, а для определённых задач группы формируются сверху. И вот нашу группу сформировали экстренно в среду, когда пришёл запрос. И только тогда мы узнали масштабы происходящего.