История родной женщины

На пороге маленького крепенького домика появилась сгорбленная старушка и, щурясь, деловито поставила руки в бока.

Нина не узнала Дуню. Что с ней стало? Алкоголь? Или, может быть, болезнь? Хоть недуг женщину и подкосил физически, но внутри не сломал и не исправил. А лишь наоборот, ужесточил.

– А-а-а… Приехали, нахлебнички! – как баба-яга прохрипела она Нине вместо приветствия. – Ну что, заработали деньхи-то?

– Дуня, ну как так можно! – возмутился ее муж, Василий. Женщина потрясла головой и спряталась дома, в темноте.

– Не обращай на нее внимания, не стоит переживаний, – пытаясь улыбнуться, обратился Василий к снохе.

Та тоже попыталась улыбнуться. Она ведь действительно приехала сюда нахлебником. Еще и почти с двумя детьми. И с кошкой, что вообще немыслимо по военным меркам. Нужно быть реалистом, смирить свою гордость и благодарить хоть за это. Кому в войну легко?

– Проходите, располагайтесь и будьте как дома, – открывая занавески и освещая простое, но аккуратно убранное жилище, произнес Василий.

«Ага, будешь тут как дома…» – подумала про себя женщина. В хате была только одна комната, которая вмещала в себя: печку в центре, стол, лавку-палати, большую деревянную кровать и дубовый шкаф. Нина посмотрела на печку с надеждой, что им с дочерью разрешат спать там, за занавеской, в тепле, как в крошечной крепости. Но это оказалось ночлегом «бабы-яги». Слуга, который официально занимал должность мужа, спал почти около ног Яги, на полатях. А большую кровать предоставили для Нины и Маши.

Это оказалось вполне неплохим вариантом.

Свекровь приготовила скромный, даже по меркам войны, обед: мелкую вареную картошку в мундире. Скудное угощение было насыпано в общий алюминиевый тазик и стояло посередине стола. Больше никакой посуды на нем не было.

Семья молча села обедать. Начинал есть по традиции глава семейства. Он хмуро взял из миски горсть картофелин и положил перед собой на стол. Потом жадно протянула руки его жена, наложив перед собой целую горку, словно боясь, что Нина ее объест.

Нина скромно взяла три картофелины и начала их чистить, чувствуя сверлящий взгляд хозяйки. Видимо, она хотела, чтобы нежеланная гостья подавилась и умерла в первый же день. Но не тут-то было. С трудом осилив несколько картофелин, Нина встала, поблагодарила за еду и вышла из-за стола, присев на лавку с ребенком.

– Ты не думай, что удаца просидеть на нашей шее всю войну! – пробурчала бабулька себе под нос.