Троя. История первая

Капельки росы блестели в пригнувшейся травке, легкий туман скользил в низинах, спускаясь к реке, цветы повернули свои головки навстречу солнцу, бабочки застыли в ожидании теплых лучей – все готово, чтобы встретить новое утро.

Здесь все было первозданно, свежо и оттого очень нежно – ни один человек не вторгался до сих пор в этот хрупкий мир – никто ничего не строил, никто не пахал и не сеял, никто не выкорчевывал деревья, не копал колодцы и не пас скот – здесь не было даже дорог – только ковер травы, сочной высокой травы, что склонилась сейчас под тяжестью капель росы.

Поэтому именно в это утро сразу с разных сторон на пышный ковер долины ступили ноги будущих разрушителей этого рая.

Справедливости ради стоит сказать, что ноги эти были жалки и тощи, равно как их хозяева – типичная местная голытьба – зачастую в обносках с чужого плеча, с печатью недоедания на ввалившихся лицах,с ранней сединой от перенесенных лишений. Кто налегке и в одиночку, а кто – с нехитрым скарбом и всей семьей, они брели по столь чудесной долине внося нестройные ноты своим появлением в этом царстве красоты и гармонии.

Не сговариваясь, эти люди тянулись в сторону холма Ата. Молва быстро разнесла весть о том, что некто Ил строит здесь новый город, и будто бы город этот теперь защищают боги. Кто-то сразу поверил в это, но большинство еще сомневалось – ведь все знали, что место это проклятое. Никто раньше-то и соваться туда не смел.

А теперь на этот лакомый кусочек нашелся-таки храбрец, и боги дали ему добро – вот везунчик – с завистью вздыхали люди.

– Да кто он? Неужели младший сын Дардана? Тот, что ушел во Фригию.

– Во Фригию, как же, бери дальше – в Персию.

– Так он перс?

– Перс ни перс, а привел с собою пропасть народу в златотканых одеждах – все красивые точно боги…

– Так это боги были с ним? Тогда понятно, почему проклятье потеряло силу. Чего только не бывает на свете.

Новый город обрастал легендами и слухами прежде, чем шатры сменились домами и возникли улицы, прежде чем через всю долину к холму Ата протянулось множество дорог, разрезая мягкий ковер травы.

– А что, может, пристроимся на новом месте, как знать. Я вот – резчик по камню, жена – повариха. Глядишь, найдется какая никакая работа… Да ты сам-то откуда будешь? Из Сминфия? А мы из Дардании. Все оставили. Там жизнь труднее год от года.