Троя. История первая

Я заставлю заплатить его в три, нет в пять раз больше, сто нет двести троянских драхм настойчиво стучало у него в голове. Как он кичится своим богатством, заставим его раскошелиться – от этой мысли становилось легче, Аполлон перевел взгляд на Эака – тот стоял, разинув рот, искренне пораженный невиданной роскошью и совершенно ослепленный всем этим великолепием. Бедняга не пытался скрыть восхищения – все легко читалось на его лице. Вот болван, пожалуй, он все испортит.

Друзья оттеснили Эака, а сами заняли выжидательную позицию.

– Голубчик, принеси нам чего-нибудь… – кисло-сладким тоном протянул царь.

Прекрасно вышколенный слуга с бесстрастным выражением лица учтиво поклонился и неслышно вышел, торопясь исполнить приказание, хотя и терялся в догадках, зачем его господин принимает этих голодранцев, да еще столь любезно приглашает присесть, и отмоется ли вообще после них капризная кожа роскошных кресел.

– Ну-с, зачем пожаловали? – любезно поинтересовался троянский царь.

– Мы закончили работу. Можешь взглянуть. Все готово. – стараясь держаться по возможности дружелюбно, произнес Аполлон. Он никак не мог простить Лаомедонту сначала той предвзятости, с какою он рассматривал работу, а теперь такой возмутительной роскоши.

– Вот как? Чудесно. Превосходно. Сегодня же посмотрю. Или завтра. – обрадовался царь.

– Лучше не откладывать. Хотелось бы сегодня получить, что нам причитается. – напрямик брякнул Посейдон. Он считал все дипломатические проволочки делом недостойным.

– Домой очень хочется. – для убедительности вставил Эак.

– Понимаю. Так поезжайте. Раз все готово, зачем же медлить? – по-отечески заботливо отозвался царь.

– Вот мы и хотим получить расчет. – главное слово было сказано. Оно произвело неожиданный эффект. Лаомедонт, казалось, был искренне удивлен:

– Расчет? Какой такой расчет? О чем это вы?

– Не прикидывайся, Лаомедонт.

– Мы свою задачу выполнили – теперь дело за тобой. – поддержал его Аполлон.

– Расплатись с нами, и мы отправимся по домам. – добавил Эак.

Лаомедонт обвел собравшихся недоуменным взглядом:

– Ничего не понимаю. Если вы все сделали – я вас больше не держу. Можете ехать прямо сейчас.