Троя. История первая

Двери спальни затворились, и сколько не пытались любопытные боги подслушать, что будет дальше, ничего у них не вышло.

4 Олимпийский жилмассив

Чтобы глубже вникнуть в эту историю, нам придется оглянуться назад, когда власть только формировалась и была молода, неустойчива, а потому занималась исключительно собой, мало отвлекаясь по пустякам вроде того, как живется подчиненным ей людям. А последним приходилось отнюдь несладко – земля буквально горела у них под ногами, то и дело с неба сыпались камни, огромные волны опустошали побережье, словно стремясь затопить все вокруг, а после рождались новые вулканы, грозя уничтожить жалкие строения вместе с насмерть перепуганными обитателями – людям приходилось частенько отсиживаться в пещерах, пока титаны и боги боролись между собой.

Несчастные жители мало что понимали в происходившей кутерьме – однако оставаться совсем равнодушными не могли – ведь мимо них пробегали то циклопы, каждый с единственным выпученным глазом на лбу, то сторукие гиганты, то могучие титаны во главе с Атлантом, то Зевс с Гадесом и Посейдоном.

Вся эта публика топтала посевы, распугивала скот, жгла виноградники – словом, наносила существенный вред домашнему хозяйству. Причем все бои заканчивались, как правило, новым нагромождением скал, скрывавшим под собой цветущие долины, навсегда разъединявшим целые области, делавшим непроходимыми ранее доступные участки, или возникновением крутых обрывов, отвесно опускавшихся в море – тем и объясняется прихотливая география да причудливая изрезанность прибрежной линии всей Эллады.

За право властвовать боролись две коалиции – с одной стороны Зевс со своими братьями, с другой – титаны. Причем и те, и другие могли претендовать на власть.

Титаны считали себя вправе управлять миром, потому что они были сыновьями матери-земли. Отец их – Уран не отличался добрым нравом. Первых своих детей – циклопов он заточил в Тартар – весьма печальное место глубоко под землей, в самом ее центре, где по слухам необычайно жарко, темно и довольно скучно.

Как не трудно догадаться, Крон неуютно чувствовал себя в кресле владыки мира и уничтожал своих детей, одного за другим, помня отличительную семейную черту, ставшую традицией.