Троя. История первая

Его высокий лоб обрамляли золотые кудри, борода полностью закрывала нижнюю часть красивого мужественного лица, серые, чуть на выкате глаза смежил сон, он дышал глубоко, повернув голову на бок, так, что Гера невольно залюбовалась точеным профилем мужа – красив, но до чего коварен, злодей.

В следующий момент шелковое покрывало слетело на пол – на спящего навалились со всех сторон, спутали, связали так, что малейшее движение было невозможно. Зевс спросонья озирался мутными глазами, стараясь сообразить – что это? приснившийся кошмар или все происходит наяву?

– Лежи спокойно.

Да, это ее голос. Но, что она хочет? Посмеяться надо мною? Дорого ей это обойдется. Только бы дотянуться до молнии, она под подушкой. Тогда испепелю всех – Геру и помощников ее – не одна же она так меня связала. Зевс скосил глаза и ахнул – в спальне кроме Посейдона находилась Афина, Арес, Гефест и Гермес. Неужели и они?– Не ожидал. И тут вперед выступил Посейдон.

– А теперь послушай, Зевс. Ты полностью в нашей власти. Что захотим, то с тобой и сделаем, понятно? Кончилось твое царство.

– Кто это мы? Уж не ты ли? Да я вас всех уничтожу.

– Грози сколько хочешь. Это не поможет. Ничего ты больше не сделаешь.

– Молния твоя в надежном месте, а без нее ты – ничто. – Аполлон только что вернулся и теперь встал, скрестив руки.

– Аполлон. И ты туда же. Не ожидал от собственного сына…

– А чего ты ждал? Что я буду вечно подчиняться тебе, как мальчонка? Я давно вырос и хочу самостоятельно решать, что мне делать, а что – нет.

– Да это бунт. Вы ответите за это.

– Хватит болтать. Подписывай свое отречение и отправляйся вон. Ты здесь больше не хозяин.

Посейдон протянул ему заготовленный пергамент.

– Подписывай, я сказал.

Зевс деланно усмехнулся:

– Чем подписывать? Связали, а теперь подписывай.

– Он прав – упавшим голосом промолвила Гера. – Руку развяжи. Правую.

Посейдон долго пыхтел, стараясь ослабить узел.

– Не выходит. Ничего не получается. – недовольно пробурчал он и повернулся к собравшимся – Кто вязал?

Все молча опустили глаза.

– Дай попробую. – Аполлон склонился над ремнями.

Хитроумный узел никак не желал поддаваться.

– Да ты здесь-то ослабь. Не тяни.

– Может разрубить? – глубокомысленно, сам с собою рассуждал Аполлон.

– Я вам разрублю. – вмешалась Гера. – Еще покалечите его.

– Что, жалко стало?

– Муж как никак. А ты что издеваешься? Мы, кажется, не собирались так мучить его.