Ты мне друг?

Он использует только новые иглы. Обещаю, риска для здоровья нет. Я учусь на своих ошибках.

Она обернулась и бросила грустный взгляд на мою переносицу, где за очками скрывался шрам.

– Прекрати так смотреть. Меня бесит, что каждый раз ты грустишь из-за этого, – я указал на свое лицо. – Шрамы украшают мужчин.

– Ладно. Но я все равно чувствую себя виноватой.

Лина набрала нужный номер квартиры в домофоне.

– Ты и должна. Ведь ты виновата, – пошутил я.

Она ткнула меня локтем в бок и зашла внутрь, когда замок с пиликаньем открылся.

В квартире на первом этаже нас уже ждал молодой парень. На вид ему самому едва перевалило за 18. Я еще больше напрягся.

– Лина? – спросил он.

– Да. А это, – она махнула головой в мою сторону, – тот, для кого ты оставил окошко.

Он молча кивнул и пропустил нас в свое жилище.

– Поели перед сеансом?

– Да, – солгала Лина. – И вида крови не боимся, если что.

Он хмыкнул и провел нас в одну из комнат, где были лишь кушетка, металлический столик и 2 стула.

– Свободное окошко, – обратился он ко мне. – Садись пока на стул. А я займусь пока твоей девушкой.

Я кивнул и сел.

– О, нет. Мы просто друзья, – уточнила Лина.

– А. Френдзона. Понял.

Ни хрена он не понял, но мы не стали объяснять. Мы с Линой постоянно сталкивались с мнением, что между нами что-то есть. Или что один из нас хочет большего, но другой его динамит. Поначалу мы даже пытались что-то кому-то доказать, но быстро поняли, что это бесполезно. Поэтому перестали переубеждать людей.

– Пупок, верно? – уточнил парень, обрабатывая руки септиком и надевая перчатки.

– Ага, – просияла Лина.

– Ложись и задирай блузку.

Лина легла и, расстегнув пару нижних пуговиц, распахнула полы своей белой блузки.

Парень чем-то лязгал на столике, но я не обращал внимания. Мой взгляд был прикован к лицу Лины. Она заметно нервничала.

– Еще не поздно передумать, Ли, – сказал я, пытаясь ее вразумить.

Она покачала головой.

– Нет. Я хочу.

Я пожал плечами и откинулся на спинку стула, ожидая своей очереди на инквизицию.

Парень обработал участок прокола и зажал кожу какими-то щипцами, а затем взял иглу.

– Я сделаю это быстро, – пообещал он. – Только не дергайся.

Он сделал прокол, и она поморщилась. Затем с помощью еще какой-то штуки он вставил серьгу, которую именовал «бананом» и накрутил шарик.

– Готово, – сказал он, снимая перчатки.