Загляни глубже

Меня удивило только, что вместо меня сейчас не Бекки, ведь они дружат с детского сада, и, наверняка, та поймет Хейли лучше меня. Но я промолчала. Каждя сидела, погруженная в свои раздумья.

– Хочешь, можешь переночевать у меня, – осторожно предложила я.

Хейли кивнула в знак согласия, и мы поднялись ко мне, чтобы приготовить всё к ночёвке. Я не стала звонить родителям, чтобы спросить у них разрешения, и без того прекрасно знала их ответ, поэтому я просто уложила брюнетку на раскладушку, чтобы, когда приедут мама с папой поставить их перед фактом.

Родители вернулись поздно, но я дождалась их, чтобы утром они не удивлялись тому, что вместо одной дочери вдруг обнаружат ещё одну девочку. Они вначале шёпотом кричали на меня, но потом, успокоившись, махнули рукой – что поделать, не будить же.

Солнечные лучи упорно светили в глаза, заставляли проснуться и заняться накопившимися делами. Не желая выполнять их команды, я накрылась одеялом с головой, но кто-то стащил с меня его.

Недовольно пробормотав, я начала тереть глаза, а когда открыла их, увидела нависшую надо мной Хейли.

– Сколько спать можно? – строго спросила она.

– Выходной же, – удивилась я. – Сколько сейчас?

– Полдевятого, – ответила подруга, отходя от моей кровати.

Девушка уже успела одеться, умыться и заплести себе две недлинные косички. Раскладушка была собрана, а бельё она, видимо, отдала мама, потому что я его в комнате не наблюдала.

Быстро собравшись под пристальным контролем Хейли, я вместе с ней спустилась к завтраку. Как и ожидалось, из всех членов нашей семьи только мама, просыпавшаяся с рассветом, хозяйничала внизу. Увидев меня, вставшую в выходные так рано, она очень удивилась и даже подшутила надо мной, на что я промолчала – я всё ещё не отошла от сна и находилась в туманном состоянии.

После завтрака мы с Хейли решили немного прогуляться. Наша прогулка отличалась легкостью и непринужденностью.

Брюнетка продолжала оставаться той потревоженной, разбитой девчонкой, что вчера постучалась в мою дверь. И с одной стороны, так она была намного человечнее и располагала к себе, но я уже привыкла и к стальной версии девушки. И я переживала за ее состояние.

И все-таки мы болтали. О школе, об одноклассницах, о моем родном городе.

– Что насчёт Майка? – спросила я, когда разговор зашёл о парнях.

– Не знаю, он хороший парень.