Король-убийца

Вальтэриан обернулся и подошёл к родственнику:

– Ты забыл, кто перед тобой? Или от страха рассудка лишился? Молчи и радуйся, что я сохранил твоему сыну жизнь.

– Он не мой сын, – пробормотал Джеральд, осенённый внезапной догадкой. – Я не демон, жена тоже. Кроме тебя в нашей династии их нет. Из Подземного мира они проникнуть не могут. Получается, есть лишь одно объяснение, почему родился демон. Ты его отец! Конечно, как я сразу не догадался? Ты не щадишь никого. А тут вдруг даровал жизнь ребёнку. Передумал заметать следы? Стыдно стало?

– Как ты смеешь? – прошипел король и, вынув из-за пояса кинжал, перерезал родственнику горло.

Ревмира закричала, прикрывая руками глаза. Янина, стараясь не смотреть на мёртвого, взяла её за руку. Молодая мать, вытерев слёзы, отдала ей младенца и ринулась к телу мужа.

– Джеральд, Джеральд! – трясла его она, пока не поняла, что он уже мертвец.

Испачкавшись в крови, Ревмира подошла к королю, который стоял в стороне и молча наблюдал.

– Радуешься? – вопрошала она, обезумев от горя.

– Пусть леди Ревмиру осмотрит лекарь, она не в себе, – распорядился Вальтэриан и ушёл.

Янина принялась успокаивать Ревмиру, а Еликонида покинула комнату вслед за племянником. Бесчувственности и равнодушия ей было не занимать, хотя случившееся всколыхнуло сердце, заставив вспомнить то, что она долго пыталась забыть… Стараясь не думать ни о чём, эльфийка дошла до своих покоев.

– Увидели мой козырь? – осведомился он.

– Заходи в комнату, – скомандовала эльфийка. – Не безопасно разговаривать посреди коридора.

Едва демон открыл дверь, в глаза бросился тёмно-зелёный цвет, присутствующий везде, начиная от штор, заканчивая большой кроватью. В апартаментах властвовал полумрак, который любила Еликонида. Разглядеть мебель удавалось с трудом. Но даже в темноте было ясно, что она сделана из чёрного дуба и на ней вырезаны змеи.

Эльфийка указала на стул, обитый зелёной замшей, и ушла вглубь покоев. Как только Сталий сел, ноги тугим кольцом обвил огромный змей с рогами, как у барана. Он выполз из тёмного угла, склизкий и бесшумный. Демон вздрогнул и попытался освободится, на что змей сильнее стиснул его.