Сын демона. Интервью с Истиной

Парнишка жалобно улыбнулся и развел руками:

– Туда нэ паеду! Пираты! Бить будут! – и, хитро прищурившись, с места пустил ящера в тяжелый, тряский галоп, отчего кименай болталась туда-сюда, едва ли не цепляя скалистые стены ущелья. Я рассмеялся и, постаравшись успокоиться, быстрым шагом пошел вниз, в бухту, навстречу невероятному чуду, что, слегка покачиваясь и по-особенному сочно скрипя «суставами», танцевало в густой синеве прибрежных вод.

Песчаная бухта, где располагалась пристань «Надежда», сейчас почти не использовалась из-за довольно неудобного расположения – моряки, плохо знающие корабль или не сумевшие с ним справиться, легко могли стать заложниками нестабильного рельефа дна и с полной уверенностью в том, что все делают правильно, сесть на риф.

Все дело в том, что войти в бухту можно только по узкой «колее» между двумя крупными подводными скалами, благодаря странной полукруглой форме которых бухта и получила свое название. Однако капитан этого судна был либо гением судоходного дела, либо нереальным везунчиком, либо, что вряд ли, его корабль умел летать – фрегат был пришвартован с поистине ювелирной точностью.

Опустив глаза, я удивленно воззрился на свои, судорожно сжатые в кулаки, ладони, несколько раз глубоко вздохнул и направился к сонно покачивающейся на волнах у пристани темной громадине.

Странно, но ни на корабле, ни около него не было ни души. Мягко набегали и отступали волны, отчего судно слегка задевало и царапало плотные доски причала, словно пытаясь выбраться на берег.

Я запрокинул голову и вздрогнул, вспоминая…

Темная махина, загородившая солнце, ветер, гудящий в ушах, и маленькая фигурка на пустынной пристани.

Все это так похоже было на мой сон, что я поежился, улыбаясь собственной реакции. И, воровато оглядевшись, протянул руку к нагретому солнцем боку морского гостя. Разумеется, не достал и от этого вновь стало смешно – как дитя малое, честное слово!

– Нравится?

Хрипловатый, низкий голос, раздавшийся у меня за спиной, вызвал непроизвольную волну мурашек по коже и, с трудом вспомнив, как дышать, я круто повернулся на звук.

Рядом со мной, буквально в паре метров стоял, прислонившись спиной к тяжелым бочкам, приготовленным для погрузки и сунув руки в карманы широких брюк из плотной темной ткани, незнакомый мне парень. Легкую рубашку, насыщенного черного цвета он или только снял, или еще не успел надеть и она, небрежно наброшенная на плечи, добавляла образу неизвестного оригинальности.