Кристина. Забвение огнем

Последние события, как в головоломке, начали собираться по частям, воссоздавая ужасную картину событий. Кристина открыла глаза, все было белым или голубоватым – она сейчас точно понять не могла. Больничная палата, она вся в капельницах и каких-то приборах. Девушка, преодолев боль и усталость, поднялась на дрожащие ноги. Она понятия не имела, сколько пробыла без сознания. Кристина знала только одно – ей нужно срочно идти, идти и узнать правду, какой бы ужасной она ни была. Едва девушка собралась двинуться с места, как в палату вошла медсестра.

Женщина быстро подошла и, взяв ее под локоть, усадила обратно на кровать.

– Ты что, детка! Тебе еще рано подниматься, если врач узнает, мне очень попадет! – приговаривала медсестра, проверяя, не сбился ли катетер. Она заметила, что Кристина все равно упирается и пытается встать.

– Я должна увидеть маму! С ней все в порядке? – в ее голове моментально заполнялись недостающие фрагменты в памяти – она, горящий дом. – Где мама? – девушка услышала хриплый и чужой надломленный голос кого-то другого.

Женщина лишь сильнее сжала губы, но глаза выдавали сочувствие. Кристина вскочила с больничной кровати, отталкивая ее. Девушку душили горькие слезы, тело вздрагивало от рыданий. Капельница сковывала, резким движением отодрав пластырь, она вытащила иглу из вены, по руке побежала алая струя.

– Ответьте мне! Я хочу знать! – кричала Кристина. В открытую дверь начали заглядывать другие медсестры. – Пожалуйста, вы ведь все знаете! – взмолилась Кристина, всматриваясь в сочувствующее лицо медсестры.

– Дорогая, успокойся! Ты сейчас себя не контролируешь. Все будет хорошо, тебе нужно отдохнуть. Если не послушаешься, все равно упадешь в обморок, даже не дойдя до двери. Все хорошо, с тобой все в порядке, это главное, – твердила женщина, словно заевшая пластинка, отчужденно и бесчувственно произнося отработанные за долгие годы работы механические слова утешения.

На ее глазах умирали люди, к этому она старалась относиться спокойно, но когда это происходило с детьми, никакие психологические барьеры не помогали.

Кто-то уже навсегда терял себя, выписываясь отсюда инвалидом. Молодые ребята, которые только начинали жить, уже не могли изменить необратимых последствий своего легкомыслия – аварии, несчастные случаи, последствия потасовок – причин было много. Семейные драмы запутанней, чем в телевизионных сериалах, разворачивались здесь, когда врач произносил вслух диагноз.