Фарфоровый бес

 – А куда уж мне поворачивать свою судьбу, вот дождалась, пока она сама повернулась. Но ведь не кидалась в ноги государыне Екатерине Алексеевне, как Дениса Петровича не стало, – она резко обернулась, – мол, помер муж мой, устрой мою судьбу, матушка, скажи Але-хану, пусть на мне женится. Хоть он говорит теперь, что и согласился бы тогда, а как бы показалась я собственной совести – тело мужа еще не остыло, а я уж на богатые орловские караваи рот разинула? Нет, увольте. Что оставил мне Денис Петрович в наследство, тем и довольна была.

Я б и теперь с места не тронулась, коли б Алексей Григорьевич не занемог смертельно. Да и тебе сколько раз говорила, – напомнила она, снова усаживаясь на канапе, – не лезь к Орловым, пока собственным умом или смелостью не выделишься. Но уж в том, что Анна тебя сразу заметила и к себе привлекла, – в том я только господне провидение вижу, – Елизавета Михайловна вздохнула и замолчала, размышляя. Потом продолжила грустно: – Для Анны Александровны племянник ее князь Петр Иванович тоже – только блестящая обертка, слава его греет, а проку с нее много нет. Никакой надежи ей в старости на Петрушу. Вот начнется новая война с Бонапартом, не приведи Господь, – Елизавета Михайловна перекрестилась и поцеловала образок, приколотый брильянтовой брошью к груди, – найдется для Петруши пуля, все и закончится. Слава-то останется, да она тоже многого дохода не принесет. Ну, поставят памятник, ну, оплатит государь часть долгов, а то и все долги поначалу, только ж у него просителей много, а казну и на иные заботы употребить надобно. На что дальше-то жить? Так что все надежды свои связывает Анна Александровна с мадемуазель Алисой. Ее надобно выгодно замуж устроить, тогда и спокойно можно поджидать старость. Все я понимаю, все понимаю, что мне не говорят, – Елизавета Михайловна встала и снова взволнованно заходила по комнате, – для того ее и в Петербург привезли, чтоб показать, а вовсе не пению учить, и уж тем более не затем, чтоб после в Италию на государеву стипендию на учение отправить. Это все красивый, блестящий флер. Может, и поедет она в Италию, я не спорю, но только на самый худой конец, если жениха подходящего себе не найдет. А кто нынче в завидных женихах ходит? В первом числе мой внук, Денис Олтуфьев, – Елизавета Михайловна усмехнулась, – то-то, не дожидаясь моего приглашения, они первым делом к нам на Адмиралтейский нагрянули, якобы пение свое там показывать, да об обучении дальнейшем с Сашенькой попросить.