Банкирши

That tonight’s gonna be a good night

That tonight’s gonna be a good night…

Поцеловав по очереди крошек, прошла к гардеробу, подпевая Black Eyed Peas.

Дорога на такси до Караванной заняла пять минут.

– Вот эта улица, вот этот дом – Кира улыбнулась, из сумочки достала Orbit – Квартира 6.

Домофон запищал, сигнал входа прозвучал мгновенно. Её ждали. Девушка даже не взбежала, а порхнула по ступенькам на второй этаж. Нужная дверь была приоткрыта…

Кира вошла и не смогла сдержать приятное впечатление от увиденного:

– Ого, да здесь живёт Скрудж Макдак или, по крайней мере, его сын.

Из холла открывался вид на комнату метров 50. Посередине возносились две колонны, в стиле древнегреческого ионического ордера. Сочетание цветов белых колонн и голубых стен создавало впечатление присутствия в Пантеоне. Потолок не менее трех с половиной метров только приумножил данное величие, которое увенчалось каскадной хрустальной люстрой.

– Привет. Располагайся. Сейчас приду. – Голос доносился из соседнего помещения, по звону бокалов стало ясно, что из кухни.

Кира продолжала осмотр гостиной. Белоснежные бархатные шторы. Буржуазно.

Вид из окна во двор – типичный питерский колодец. Около окна диван буквой «П», посередине которого кофейный столик. «Удобно закидывать ноги, когда смотришь домашний кинотеатр», – подумала Кира. Он как раз находился напротив. Слева умело скрытый зеркальной стенкой гардероб. И все это великолепие завершалось картинами русских художников, что совершенно не сочеталось с этим храмом бога.

В гостиную с двумя бокалами вошёл Владимир. Кира несколько секунд смотрела на него. Они не виделись две недели, Вова улетал по делам в Испанию. Этого времени хватило, чтобы его кожа приобрела бронзовый загар. Волосы цвета вороного крыла были аккуратно уложены. Не понятно, что было белее: его рубашка с засученными рукавами или белоснежная улыбка с дырочкой между двумя передними зубами. Дополняли образ темно-синие брюки, выгодно сочетающиеся с глазами небесно-голубого цвета.

Кира таяла. Та ситуация, когда сдаешься без боя. Она отчаянно призывала все своё самообладание обратно.

– Привет. – Кира на носочках подошла и поцеловала мужчину в губы. – Я на кухню за салфеткой. – Быстро избавилась от жвачки и заодно вымыла руки.

Стерильность во всем и везде, когда это необходимо и уместно, – было одним из правил Кириной жизненной философии.