Странные люди, порой великие

– Я надеюсь, сны будут не сладкие? – поинтересовался Вистан.

– Нет – вздрогнув, вспоминая, что именно намешал, ответил Палиус. – Однако гуманный поступок с твоей стороны, отпустить их, мальчик. Сентиментальность в нашем деле ни к чему.

– Сентиментальность? – удивился Вистан. – Ну и глуп же ты, шаман. Разве забыл, что армия наша должна пополняться? И как же это сделать, если убивать всех? К тому же, мне доставил удовольствия факт того, что и ты не ослушался моего приказа.

– Слишком высоко нос не задирай мальчик – улыбнулся Палиус.

Глава 14

Поднялся сильный ветер, путая страницы шаманских книг. Будто сама природа хотела помешать обряду. Синее пламя в огромных чашах мужественно сражалось с порывистыми атаками воздуха, продолжая подниматься к небу. Восемь шаманов, образовав круг, читали одно и то же заклинание, и красная, тонкая нить, медленно проходила через тело, опустившегося на колени Вистана.

В голове проносились образы, а затем исчезали во тьму. Последним был маленький, испуганный мальчик. Да, теперь стало ясно, ведь Вистан узнал в его взгляде себя. Того себя, что потерял самое дорогое, и не смог смериться с этим. Ища мести, он всё пытался излечить рану в душе, а теперь понял, что это не возможно. Опустив голову, Вистан прогнал и последний образ. Осталась только пустота, безмятежность и спокойствие…

Внезапная, раздирающая боль, заставила Вистана кричать.

Вистан бросил взгляд на шаманов, но они будто не замечали криков, продолжая твердить заклинание.

Картинка стала чёрно-белая. Шаманы исчезли, а руки закованы в цепи. В двух шагах от Вистана появилась его мать, с большой раной на животе. Кровь капала на землю, а она смотрела на, кричащего от боли, Вистана, и улыбалась. Следом появился его отец, держа в руках свою голову. Боль прекратилась, но пошевелиться Вистан по-прежнему, не мог.

– Мама – прошептал Вистан, смотря на обезображенные тела родителей.

– Скоро – прошептала женщина, приближаясь к Вистану, у которого были широко расставлены руки, и прикованы, будто невидимой цепью. – Ты станешь наш – добавила она, и вцепилась в грудь Вистана.

Жуткая боль пронзила сердце, будто его сжимали в тисках. Вистан закричал, и образы матери и отца исчезли.

Боль вновь отступила. Тяжело дыша, Вистан поднял голову.