Сестра

Правда, от мужской помощи не отказывалась. Подлатать крышу, вспахать огород, да и так – всякие мелочи, требующие участия мужских рук и силы. Ревнивые жены распускали про нее всякие слухи. Она, казалось, не обращала на это никакого внимания. За работу Илюшиха платила по местным меркам хорошо. Все это знали. И, как бы ни не хотелось местным бабам отпускать своих мужей на такой заработок, они это делали. Чтобы хоть как-то себя утешить, ее ярые противницы стали искать на Марию хоть какой-нибудь компромат. И ведь нашли! Лена оказалась совсем не дочь, а внучка.

Ее настоящая мать умерла при родах. Правда, надо отдать должное селянкам, что они хоть и злословили по этому поводу, но тихо, между собой. Так, чтобы девочка не узнала правды. Но, видимо, все же узнала. Кто ей сказал – выяснять было бесполезно. Может, сама Мария и рассказала, когда внучка выросла.

В конце своего рассказа Николай Степанович немного помолчал. Он как будто сводил свои мысли воедино. Потом мужчина, осененный своей догадкой, сделал вывод:

– Ек макарек, так ты же можешь быть сестрой! Ленкиной сестрой, двойняшкой! Кто знает, сколько детей родилось тогда у Илюшихиной дочери? Никто!

– Точно, – вмешалась продавщица.

 – Точно, конечно, сестра. Такое сходство! Мне ведь чуть плохо не стало.

– У меня есть сестра? – Марина смотрела то на Данила, то на Николая Степановича, то на продавщицу.

– В том то и дело, что уже нет, – снова заговорил Николай Степанович.

– Как это?

– Пропала она. Приехала летом к Илюшихе отдохнуть, по хозяйству помочь, пошла как-то на озеро утром, и не вернулась.

Вот. На берегу нашли только ее одежду. Все решили, что она утонула.

– Это еще вопрос: утонула или помогли, – не выдержала продавщица и вмешалась в разговор снова. – Компания городских парней тогда приезжала на озеро. Правда, они чуть подальше расположились. Но почему-то, не успев приехать, на следующий день, – как раз когда Ленка пропала, – быстренько собрали свои манатки и убрались отсюда. Как ветром сдуло.

– А полиция? Что говорила полиция? – спросил Данил.

– А что полиция… полиция! Смешно ей-богу. Какая там полиция! Полицейские, тоже мне… одно название – полиция! Ленку так и не нашли, все дно обыскали. А по мне, так они только делали вид, а искать и не собирались. Нет трупа, нет дела. Все! – Николай Степанович хотел еще что-то сказать, но передумал и замолчал.

– Илюшиха не пережила такого горя, померла, не прожив и года после пропажи Ленки.