В плену МОНСТРА

Даю голову на отсечение, что у такого дамского угодника и блокнотик есть, причём прилично заполненный, куда он вносит всех своих жертв, павших от его неотразимости. По-любому дольше одной ночи он с ними не задерживается, меняя их в своей постели, не различая ни лиц, ни запоминая имён. Сейчас его выбор пал на меня. Какое счастье мне выпало, и как же я такая неблагодарная не оценила такую удачу!?

– Вы такая сексуальная, когда сердитесь, – не унимался, он, переходя уже все рамки дозволенного.

У меня отвисла челюсть от услышанного.

Я посмотрела вокруг, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей этой мерзкой сцены совершенно беспардонного съёма на рабочем месте. Он что берега попутал и не видит, где мы находимся? Или таким, как он, закон приличия не писан?

Всё это время Михаил, гневно сощурив глаза, стоял и молча ловил каждое слово нашей мягко сказать странной беседы. Увиденное и услышанное ему однозначно не нравилось, но он терпел. Вся его фигура была напряжена, начиная от сжатых кулаков, заканчивая вытянутыми жилами на шее и всему телу.

Мне было стыдно сейчас и неловко от всей этой ситуации. Что вообще происходит в моей жизни, и что это за внезапные чудовищные перемены? Сначала эти сообщения от странного неизвестного, теперь эти двое, причём оба меня раздражали, но по разному: этот Игорь вызывал презрение, а Михаил совершенно противоположные чувства, и от этого я хотела от него избавиться ещё больше, чем от этого Игоря. Меня пугали те сильные эмоции, которые он будил во мне, и я боялась натворить глупостей, о которых потом пожалею.

Всегда благоразумная Ника сейчас была готова слететь с катушек и переспать с первым встречным.

– Как вы смеете мне такое говорить? Имейте хотя бы уважение к тому, что я вас старше! – возмущалась я, в очередной раз посмотрев по сторонам, чтобы убедиться, что кроме этих двоих в библиотеке больше никого нет, иначе позора потом не оберёшься.

Этому Игорю хоть бы хны, стоит вальяжно и улыбается, довольный, что смутил взрослую женщину.

Лицо моё пылало, и я просто уверена, что оно покраснело или покрылось красными пятнами, что случалось очень редко, но сейчас был именно тот случай. Даже уши мои горели так сильно, что казалось, там не они, а огромные горящие факелы.

– А что, мне нравится даже, люблю девушек постарше, а с этими малолетками скука одна, ничего не умеют, опыта маловато, а вы по любому та ещё штучка! – облизнулся он плотоядно, так что меня чуть не вывернуло наизнанку прям на пол.