Дары Богов. Проклятье в благословление

Здание встретило прохладой. В центральном зале было тихо и шаги жрицы эхом разносились по помещениям. Увидев девушку в белом платье, она поспешила навстречу.

– Простите! Могу я встретиться с главной жрицей этого храма – Эстель Шанье?

– Приветствую вас. Меня зовут Монори, – поклонившись, сказала девушка. – Извините, но не могли бы вы представиться?

– Ах да! Конечно, – смутившись, ответила Несса. Присев в реверансе она сказала. – Инесса Шанье.

Охнув, девушка прикрыла рот рукой. Быстро придя в себя, она ещё раз поклонилась и поманила жрицу за собой, сбивчиво объясняя:

– Простите.

– Ничего, со всеми бывает. К тому же мой вид оставляет желать лучшего, – улыбнулась Несса.

– Госпожа Эстель тревожилась, что главная жрица уже долгое время не выходит на связь. В вашем храме что-то приключилось? – спросила девушка.

– Извините, я хочу поговорить об этом со своей тётушкой, – смяв платье в кулак, ответила Несса.

– Конечно, конечно! Простите мне моё любопытство, – неловко за извинялась девушка.

Подойдя к деревянной двери, жрица постучала и остановилась, ожидая ответа.

– Кто там? – раздался уставший голос.

– Госпожа, к вам прибыла Инесса Шанье, – сообщила Монори.

По ту сторону послышался топот и в следующую секунду дверь открылась нараспашку, выпуская высокую девушку с длинными белыми волосами, заплетёнными в две тугие косы.

– Несса! – радостно воскликнув, она заключила в объятия свою племянницу. – Как же я волновалась!

– Тётушка! – заплакав, Несса уткнулась в плечо.

– Ну, тише-тише! Пойдём внутрь, там и поговорим, – нежно улыбаясь ответила Эстель. – Монори, распорядись, чтобы Нессе приготовили комнату и чистую одежду, а также горячую ванну. Ей нужно будет хорошенько отдохнуть.

– Да, госпожа, – поклонившись, сказала жрица. – Как вам будет угодно.

Эстель посадила девушку на кровать с мягкой периной, налила ей в стакан освежающего напитка и, сев напротив, стала внимательно слушать племянницу.

Рассказ у Нессы вышел сбивчивый. Она несколько раз прерывалась, чтобы успокоиться и остановить поток слёз. И, в конце концов, она уже так наплакалась, что глаза опухли, а голова разболелась.

– Скажи, Герольд же не мог убить матушку? Она ведь ещё жива? Да? – с надеждой заглядывая в глаза тётушки, прошептала Несса.

Эстель отвела взгляд в сторону.

– Прости. Я не могу давать тебе ложную надежду, – тяжело вздохнув, жрица продолжила.