Эдден. Роман

– У них школа.

– И что? Хватит распускать нюни! Я не хочу повторяться. Привет всем! – хмыкнула, взяла шоколадку, укусила уголок. С той минуты, как она бросила курить – шоколад заменял ей все – нервы, удовольствие, раздумье. Все происходило с маленьким кусочком во рту. Не жевала, скорее, вдыхала его маленькими глоточками, пропуская внутрь, гася все накопившееся.

– Как скажешь, родная. – произнес, скорее себе, чем ей. – Буду нужен – звони. Но я не могу больше, заживо замуровывать себя в четырех стенах.

– Дорогой! Но тебя же никто не просит! Мне нравится, ПОКА, такая жизнь! Что будет дальше – посмотрим.

Несмотря на большую скорость, он опаздывал. Глаза постоянно опускались к часам, а те, словно сумасшедшие, летели быстрее ветра. Подъехал, когда совсем стемнело. Влетел в дом и замер, в надежде услышать, что они еще празднуют. Остатки шаров все еще парили повсюду.

– Празднуют! – рассмеялся Ник, донесшимся к нему голосам и музыке, и побежал наверх, бросая взгляды на все плакаты.

– Все, девочки! – Вел пыталась утихомирить дочерей. – Десять вечера! Пора угомониться, не новый год.

– Как это не новый, мамочка? – повернула свою мордашку Мира. – У нас самый настоящий, новый год! Мы же его только открыли.

– Вот и закрепите этот день в сладких снах! – повысила голос и пошла к двери, как та неожиданно распахнулась, заехав ей в лоб.

– Деда! – Завизжала троица и повисла на Николя, причине ее шишки.

– Простите! – Уселся он прямо на пол, расцеловывая каждую. – Я так старался успеть. Но дороги….

– Прекрати оправдываться! – сказала Вел, потирая лоб. – Воспитательный момент не получился. А я так старалась.

– Отчего же? Вполне эффектно! – Ев подошла ближе и оценивала приход Ника. – Сильно?

– Да так, почти не задел. – девчонки, тем временем, отошли от Николя, стали перед ней и уставилась на нее.

– Нам укладываться?

– Побалуйте деда тридцать минут, остальное оставьте на завтра. Но мультики отпадают.

– Ура! – закричали дети. – Само собой! Да, мамочка!

Виен посидела немного, пока малышки уплетали с дедом очередной кусочек тортика и поднялась вслед за ними.

– Виен! Родная, а ты куда? – Спросил Жан, глаза немного осоловели, не столько от выпитого, как от счастья, снова всех видеть.