ЕвВа противостояние Фаусту. Третья книга серии «ВеЛюр»

Завтрак? – Эд замотал головой, та, уже привыкнув к такому, снисходительно кивнула головой и вспомнила: – А Вел письмо, ждала когда вы появитесь.

– Письмо, это хорошо, отнесу. – Эд вышел из раздумий: – Завтрак, пожалуй, пропустим. А вот обедать будем дома и сегодня пораньше, приезжает отец.

– Все будет готово. – женщина засияла, Эд не вникал в мимику ее лица, он торопился. Отдавая конверт, Максимовна заверила: – Накрою, как скажите.

– Спасибо! – Крутя конверт, Эд поднимался наверх.

– Что-то серьезное? – Вел вышла из комнаты, едва услышала его шаги.

– Сейчас узнаем. А тебе любовная записка, безымянная.

Вел наморщила носик, как только Эд подошел ближе:

– Он что, на помойке лежал?

– Да вроде нет, чистенький. Откроешь? – видя, что она не собирается брать письмо, спросил Эд.

– Мне не интересно, можешь выбросить. Я на анонимные звонки и письма не реагирую.

– Можно взглянуть, вдруг что-то важное?

– Смотри! – сказала безразлично и ушла в комнату.

В конверте лежал билет на завтрашний спектакль.

– Это уже не смешно! – произнес Эд себе, тут же добавил: – Тебя пригласили в театр, одну!

– Хочешь, сходи сам, я девушка замужняя, без мужа не пойду!

– Значит, пойдем вместе….

– Что ты говорил? Вода шумела, не расслышала.

– Я собирался пригласить тебя на выходные, поддерживая традицию, но постараюсь взять билеты на завтра. Сводим отца, он давно не посещал такие мероприятия. Что делать с билетом?

– Сожги, порви, выброси!

– Может быть, порадуем Максимовну?

– Порадуй! И заодно, как-то корректно намекни, пусть не опекает нас, как «облако».

Вернувшись, Эд, не смотря на то, что вымыл руки на кухне, зашел в ванную и еще раз намылил их дважды, чувствуя слабое веяние тлена.

– Так, что случилось? – повторно поинтересовалась Вел, стоя у него за спиной.

– Словами не объясню, пойдем, сама взглянешь.

Эд сел за свой стол и усадил Вел на левую ногу, включил запись:

Вот они вернулись из отпуска, уехали утром на роботу, все чисто.

Эд включил просмотр внутренней съемки окон и лестничных проемов дома. Серое, чужое лицо мелькнуло в камере большого холла.

– Да этого не может быть! – воскликнула Вел.