Месть

Стас вдруг останавливается среди огромного холла.

– Что за фигня? – бубнит он себе под нос и тут же двигается дальше.

Стас уже не так злится, как беспокоится о том, что Валерия может не слабо налажать, и всё пойдёт наперекосяк, а ему потом разгребать эту кучу. По мимо этого, в голове засели слова Главного – "Кое-что бОльшее". И теперь они долго не дадут ему покоя.

Тренировка была по-настоящему адской: тренер устроил мне настоящие пытки, хотя сегодня был только первый день. Разминка. Я никогда не переносила такие сильные нагрузки на мышцы за один раз.

Всё тело ныло, и я еле держалась на ногах. Сейчас я ненавижу всё на свете, особенно Стаса и Дрона. Этот говнюк Самойлов сказал, что будет заниматься со мной, а сам смотался и не появлялся на протяжении всего этого времени.

Дрон – жёсткий человек. Получить от него в челюсть – значит остаться без неё. Он любит дисциплину и чёткость выполнения упражнений, что он задаёт. Он не позволяет расслабляться даже на пару минут. Твердит, что враг никогда не спрашивает, устал ты или нет.

Враг убьёт тебя и глазом не моргнёт.

Кажется, Дрон не заметил того, что сам мог сегодня стать моим убийцей. Он сказал: – "С завтрашнего дня начинаем переходить к более важной части в боевой подготовке, но и продолжаем разминку до того дня, пока не закалишь тело к нагрузкам". Мог бы просто сказать кратко: – "Тебе крышка".

***

– Сегодня уже кое-что выяснилось об устройстве Борха, – говорит Стас и поворачивает руль.

Мы выезжаем на Главный мост и, не спеша, катим к моему дому.

Уже поздно, но сегодня будний день, и мои родители ещё работают. Моего отсутствия сегодня точно никто не заметил.

– Его внимательно изучают, но информации всего ничего. Единственное, что о нём можно сейчас сказать – это…

Стас замечает то, что я его не слушаю. Развалившись на сидении, я отвернулась от него и, молча, смотрю в окно.

– Вероника.

Я не реагирую, даже не моргаю. О знает в чём дело.

– Не разговариваешь со мной, – констатирует он. – Я понял. Но хотя бы выслушай меня.

Это важно. – тут он наиграно заулыбался и произнёс. – Я знаю хорошее место, где готовят вкусные бургеры. Можем пиццу заказать или гриль. Ну, или шаверму.

Он смотрит на меня и ждёт какой-то реакции, но с моей стороны ничего не происходит. Разве что снаружи. Внутри я умирала от голода и, молча, давилась слюной от того, что он произносит вслух.

– Хорош… – вздыхает Стас.

И как только мост заканчивается, он сворачивает к обочине и останавливается.