Шиворот-навыворот

Он достал из ящика массивного письменного стола, отделанного резьбой, фотографию в рамке и протянул другу.

– Смотри.

– Откуда у тебя фотография Светы? – изумился тот.

– Это Таня – моя сестра. Она умерла. Помнишь, я рассказывал?

Стас кивнул и уставился на снимок. Как это раньше рисовали картинки в журнале «Мурзилка» «найди десять различий»? Конечно, лицо очень похоже, и рассыпанные по плечам кудряшки такие же.

– Да-а-а, дела! Почему ж ты тогда не женился на Лильке? – возмутился Стас.

– Решил, что это ребенок Цагерта, – выложил правду Иван.

– Кто-то надоумил?

– Получился испорченный телефон. Это проклятая история, и, чтобы о ней говорить, мне нужно сильно напиться.

– Подожди, это из-за Лили ты тогда институт перед самым дипломом бросил и пошел добровольцем в Афган?

– Ну, положим, до Афгана мы так и не добрались, уже войска выводить начали, но до моста Дружбы дошли, и в Амударье ноги помыть довелось, – рассмеялся Иван и добавил, ухмыляясь. – Даже не догадывался, что ты в курсе моего боевого пути.

– А чего там знать? – фыркнул Говоров. – Афган, Абхазия, Первая чеченская…

– Я ж и говорю, прям биограф мой.

– Ты ж везде отметился, – отмахнулся Стас и спросил серьезно: – В марте из-за этой истории с катушек слетел?

– Да.

– Как догадался?

– Увидел Свету, узнал, что у нее был лейкоз. Много ума надо, что ли? – пожал плечами Иван, но уточнять не стал. Дочку увидел первый раз на экране телевизора, а о ее болезни узнал от посторонних. Позорище.

– Что предпримешь? – полюбопытствовал Стас, прекрасно понимая, что его посвятили в эту «Санта-Барбару» неспроста.

– Это моя семья! Пора ее вернуть.

– А Лиля согласна? – насторожился Стас. – Тут, Иван Григорьевич, в приказном порядке не решишь. И что хочешь от меня?

– Не мешай мне с ней видеться.

– Да кто ж мешает? – удивился Говоров.

– Если я буду говорить на черное – белое и наоборот, не возражай, – продолжал выдвигать свои требования Бессараб.

– Ты только не навреди ей, пожалуйста! – Искренне попросил Стас.

– Я не могу ей навредить, я люблю ее! – резко оборвал Иван.

– Моя жена сказала бы: «Как все запущено»! – пробормотал Говоров.

– Кстати, о твоей жене. Постарайся нейтрализовать ее, ладно? – душевно попросил Бессараб.

– Попробую, но не обещаю. Юлька и так к тебе настороженно относится. А если узнает о твоем героическом прошлом…

– Я переживу. А ты позвони в течение дня домой, узнай у Лильки, может, есть какие-то вопросы.