Шиворот-навыворот

И когда кто-нибудь шутки ради спрашивал, что это за дружба такая, что друг даже до работы не довезет, он просто отвечал:

– Поэтому и дружим, что никто никого ни о чем не просит, никто никого не ждет.

– Пойдем к нам. Мать там всякой вкуснотищи наготовила, – предложил Иштван, когда они уже поднимались в лифте. И тихонечко ее поцеловал.

– Я бы осталась дома, – прошептала Лиля.

– Будешь сидеть, и реветь? – Он строго посмотрел на нее. – Я против.

Она отперла дверь и хотела попрощаться. Ей нужно побыть одной.

«Спрошу я стол, спрошу кровать, зачем живу, зачем я бедствую, отцеловал – четвертовать, другую целовать – ответствуют!».

– Я войду, – скорее, поставил в известность, чем спросил Иштван.

– Входи, – согласилась она – уже не осталось сил спорить или что-то объяснять.

– Иди ко мне, – хрипло проговорил он, как только захлопнул дверь, и потянулся к ней.

– Иштван! – попыталась остановить его Лиля.

– Иди ко мне, – повторил он, зарываясь лицом в ее волосы. – Я мечтал об этом от самой больницы!

– Ты хочешь заняться этим в коридоре? – изумленно проговорила она, пытаясь отстраниться.

– Можно и в твоей комнате, – пробормотал он. – Только скорее…

– Я хочу жениться на тебе, – заявил Иштван, когда она подкрашивала глаза около большого зеркала в прихожей. Лиле нравилось краситься именно здесь. В этом зеркале она казалась себе очень красивой. Он стоял рядом и, улыбаясь, любовался ее отражением.

– Я не знаю, разумно ли это с твоей стороны. Я боюсь, что ты потом пожалеешь! – засомневалась она. – И мне стыдно смотреть в глаза твоим родителям!

– Во-первых, они ничего не узнают, это только наше с тобой дело. Во-вторых, они тебя любят, ты ж знаешь. И, самое главное, скажи, неужели я так тебе противен, что ты против брака со мной даже в такой ужасной ситуации? – воскликнул Иштван с горечью.

– Нет, не противен. Иначе я не смогла бы с тобой…Просто я не могу так быстро принять решение! Ясное дело, что это самый лучший выход! Но я не хочу сделать тебя несчастным! Боюсь, как бы ты потом не пожалел. – Она выговорила это, и ее глаза наполнились слезами.

– Эй, прекрати реветь! Сейчас потечет тушь, и мы заночуем прямо в прихожей, – пошутил Иштван. Его губы растянулись в мягкой улыбке.