Шиворот-навыворот

– Давай подпишу повестку! – велел Мещеренко. – Девочка хорошая, ты женись на ней, Цагерт!

– Де факто мы давно вместе, а де юре – пока не планируем. Родители говорят, еще рано, – бодро сообщил Иштван, входя в роль. А про себя подумал, слышала б это Лиля, не сносить ему головы.

– Все, иди-иди, Лиле своей привет передавай, – добродушно отмахнулся Игорь Петрович.

Иштван Цагерт ему категорически не нравился. Но его девушка казалась очень хорошей. Как это Жеглов учил Шарапова: «К девочке присмотрись, девочка правильная!» И если правильная девочка Лиля Агапова любит этого щенка Цагерта, то, возможно, и он не так уж плох.

А в субботу зарядил дождь со снегом. Сразу же образовались лужи, похожие на великие американские озера, грязь и слякоть. Поэтому на кладбище Игорь Петрович не поехал. Теща позвонила сама и предложила медовым голосом:

– Игоречек, приезжай к нам обедать. Ты давно нас не навещал. Посидим по-семейному. Я голубцы приготовила, как ты любишь.

Отказываться не полагалось.

В тесной прихожей теща, пристроив мокрый зонт на полу, с заговорщицким видом пыталась знаками что-то сообщить. Потом дотянулась до уха и, обдав ненавистной «Красной Москвой», зашептала:

– Ваня пригласил на обед невесту. Сейчас посмотришь. У них все очень серьезно. Во вторник собираются подавать заявление в загс.

– Вам нравится, Ольга Николаевна? – осведомился Мищеренко.

– Сойдет. – Легкая гримаса недовольства прошлась по холеному лицу. – Пойдем познакомишься и свое мнение скажешь как профессионал.

«Только этого мне и не хватало», – устало подумал Мищеренко. Но отпираться не стал. Бесполезно.

У двери в комнату сына она, слегка притормозив, деликатно постучала и сразу же зашла. Молодые люди, разжав объятия, отпрянули друг от друга.

– Ванечка, Игорь приехал, – елейным голосом пропела теща.

Иван, напоминавший Мищеренко большого теленка, подскочил и пожал ему руку.

Потом пробасил солидно:

– Знакомься, Игорь, это Лиля – моя будущая жена.

И показал рукой на диван, где сидела бледная и перепуганная Лиля Агапова.

Глава 4

– А мы знакомы. Да, Лилия Михайловна? – жестко заявил Мищеренко. Он был человеком в погонах, ничего не понимал в сантиментах и не любил их разводить.